– По правде говоря, у меня много вопросов, и все они связаны с тем, что я увидел на верхней террасе Парфенона, – продолжил Имс. – Мало того, что там было целых два Кобба, так ты еще и целилась в каждого из них по очереди, по всей видимости, держа на расстоянии. Поверила ты только мне и поспешила при этом пустить себе пулю в голову. С какой это стати тебе вздумалось держать своего мужа на мушке?
Ариадна хотела сказать, что Доминик ей не муж, но решила, что сейчас не самое подходящее время для разбора таких мелочей.
– Второй Кобб – это проекция, – решив пойти самым верным путем, объяснила она. – Я не уверенна, но скорее всего, это порождение именно моего подсознания.
– Черт возьми! – Имс даже хлопнул себя по колену. – Он что – тиранит тебя? Нет, правда, с чего бы тебе таскать его за собой по снам, если у вас все так хорошо?
– Нет, – быстро возразила она. – Я правда не знаю, с чем это связанно. Это уже второй раз, когда я вижу его во время операции.
Доминик внимательно слушал, что она говорит, делая при этом свои собственные выводы, которые, по всей видимости, были весьма не радужными. Он был единственным мужчиной из всех присутствовавших, кто знал, какому конкретно виду нападения подверглась Ариадна в прошлый раз. Его также насторожило ее поведение и упорное нежелание подпускать к себе кого бы то ни было во время пребывания во сне. И если в случае с Хартом-Ларссоном все было ясно, то причина, по которой Ариадна защищалась от него, все еще оставалась загадкой. Лишь сейчас, услышав о том, что она уже видела его проекцию в прошлый раз, он понял, что она умолчала о самом главном. Нечто, облеченное в его тело, напало на нее в часовой башне, и, возможно, поэтому она так долго не хотела с ним разговаривать.
– Отлично, – рассуждал между тем Имс. – Мне кажется, что ты что-то скрываешь от нас, детка. Твоя фотография является ценным ресурсом нашего клиента. С чего бы это вдруг? Может быть, ты знаешь его? Ты ведь не кинозвезда, чтобы мужчины скачивали твои фото из сети и хранили их под подушкой.
– Я не знаю никакого Ларссона! – Ариадна вышла из себя и выкрикнула это так громко, что все остальные на какое-то время притихли, тем самым дав ей возможность продолжить. – Если бы я знала, кто это, то все было бы гораздо проще. Но я сама понятия не имею, откуда там могла взяться моя фотография. Артур, – она неожиданно обратилась к нему – ты можешь сказать, как именно выглядела эта фотография? Хотя бы, во что я была одета?
Артур вздохнул и наморщил лоб, явно стараясь вспомнить подробности.
– Ты была изображена в полупрофиль, на тебе было черное пальто и темно-синий шарф. Я ни разу не видел тебя в такой одежде, но совершенно уверен в том, что это была ты.
Ариадна кивнула, показывая, что поняла, о чем он говорит.
– У тебя действительно есть эти вещи? – спросил Имс. – Я имею в виду, в твоем гардеробе? Это очень важно, потому что Ларссон мог видеть тебя еще во время прошлого сеанса, когда ты сидела в башне. Если допустить такую возможность, то отсюда можно сделать вывод, что он мог сохранить в памяти твою внешность, она у тебя весьма нехарактерная. Такой вариант маловероятен, но его тоже нельзя исключать.
Его логика была вполне понятной, и Ариадна кивнула, показывая, что ей ясно, к чему он ведет. К сожалению, упомянутые предметы одежды существовали в реальной жизни и даже какое-то время находились в ее гардеробе.
– У меня были эти вещи. Я носила их в те времена, когда еще жила во Франции.
Ее лицо стало заметно бледнее, она закусила губу и нахмурилась. Она помнила каждую из этих вещей очень отчетливо, потому что именно в таком сочетании она надевала их в тот день, когда состоялась та злосчастная рождественская вечеринка. Разумеется, сейчас их уже не было, и если бы Артур захотел сравнить их с тем, что видел на фотографии, это оказалось бы уже невозможным, потому что она избавилась от них сразу же после происшествия.
– Значит, мы должны остановиться на более реальном варианте, – заключил Имс. – Ты знакома с ним в реальной жизни. Поднапрягись и попытайся вспомнить.
Доминик, который все это время не принимал участия в беседе, наконец, решил вмешаться.
– Не дави на нее, Имс, она еще сама не знает, что за человек этот Ларссон. Кстати, ты его видел, – как бы между делом, заметил он.
– Видел? – непонимающе переспросил Имс.
– Да, он лежал возле фальшивого меня, когда ты добрался до нас.
– Тот здоровый мужик в костюме? – уточнил Имс, как будто там был кто-то еще.
– Он самый, – терпеливо согласился Доминик.
– Надо было перевернуть его и посмотреть на его лицо, – с досадой сказал Имс, искренне сожалея об упущенной возможности.
Теперь настал черед Ариадны удивляться и застывать в недоумении. Возле одного из Коббов там, в Парфеноне, лежал Эрик Харт, тот, кого она убила, собственноручно застрелив из пистолета. А теперь Кобб говорит о том, что это Эрик Ларссон, и при этом явно не шутит.
– Ты серьезно? – Она все еще боялась поверить в очевидное.
– Абсолютно.
– Но ведь это хозяин компании, в которой я…
– Точно. Это твой босс. Филипп Ларссон и Эрик Харт – один и тот же человек. Не веришь?
Артур заметно оживился и даже подался вперед, задавая вопрос:
– Так ты поэтому просил меня разыскать его досье? Решил, что пора нам вплотную заняться объектом?
Доминик выглядел так, словно он не понял смысла вопроса заданного только что, но, несмотря на это, все-таки ответил:
– Нет, у меня были другие причины.
Только сейчас, через несколько минут после того, как выяснилось, что Харт – это босс Ариадны, который к тому же, является еще и туристом, хранит в сейфе ее фотографию, Артур, кажется, начал понимать, в чем дело.
– Ты знал о том, что у нее проблемы с боссом? – вновь спросил он, обращаясь к Коббу.
– Да, знал. Имс тоже был в курсе.
– Хотя, я подозреваю, что мои догадки ничто по сравнению с тем, что происходит в реальности, не правда ли, детка? – без тени улыбки задал вопрос Имс.
Ариадна пожала плечами, и ее лицо при этом было каким-то безразличным и усталым. Впрочем, усталость имела логичное объяснение, ведь на этот раз ей также пришлось нелегко. Но хуже всего было то, что она подписала еще один контракт, который связывал ее с Хартом, и теперь ей вновь нужно было иметь с ним дело.
– Расскажите мне о том, что было после того, как я выстрелила в себя. Почему ты проснулся несколько позже? – Она задала Имсу встречный вопрос, пытаясь отвлечься от этих неприятных мыслей.
– О, – Имс даже отвернулся от нее и прикрыл глаза ладонью. – Там была отдельная история. Ты заварила эту кашу с проекциями и смылась первой, оставив меня на своем месте. Если даже ты не смогла отличить фальшивого Доминика от настоящего, то у меня и подавно не было шансов на такие тонкости. Так что я решил просто сделать то же, что и ты, но не успел я взвести курок, как тот Кобб, который стоял возле тебя, выстрелил в другого. Я даже растерялся от такого разворота событий, но тот другой, оказался тоже не лыком шит, и ответил из своего пистолета, прямо в грудь нашему Дому. Оба были ранены, но это не помешало им начать прятаться за колоннами. Кстати, тот, который стоял рядом с тобой и был настоящим, если я, конечно, не ошибаюсь. Хотя, судя по тому, что именно он первым слетел с катушек, я полностью прав.
Нетерпеливый и горячный нрав Доминика был известен каждому, так что и Артур и Ариадна были вынуждены согласиться.
– Да, я был именно там, – сказал Кобб, подтверждая догадки Имса. – Я пришел вторым, когда ты уже вовсю целилась в другого. Должен признать, твое поведение меня немало удивило, но времени на то, чтобы допытываться до истины не было.
– Дома разберетесь, – как обычно, к месту, вставил Имс. – Так вот, продолжим говорить о том, что было дальше. Ты умерла, а значит, хозяин сна покинул сон, и все вокруг начало трястись и распадаться, а когда на тебя норовят упасть такие огромные мраморные столбы, сложенные из барабанов, это не самые приятные ощущения. Так что я снова решил, что пора бы уже со всем этим завязывать, но один из этих Коббов подошел ко мне сзади, явно намереваясь использовать в качестве живого щита, а это, сама понимаешь, мне совсем не понравилось. Завязалась драка причем в ней участвовали сразу два близнеца, и мне пришлось совсем нелегко.
– И ты бил всех, кто попадался под руку, – добавил Кобб, и при этом его глаза явно повеселели. – Короче говоря, Имс дотянулся до своего пистолета и со словами: «Сам со всем разбирайся» повторил твой маневр, покинув после этого сон. А потом этот мой двойник выстрелил в меня, и я проснулся.
– Так что если кто-нибудь когда-нибудь захочет влезть в твою голову, ты не найдешь лучшего защитника, чем проекция Кобба, – заключил Имс. – Тот экземпляр, что вылетел из твоей головы, оказался чертовски опасным парнем.
– А кто сказал, что это проекция? – вдруг вмешался Кобб.
Ариадна настороженно повернулась к нему.
– Я решила, что это плод работы моего подсознания. Кажется, это единственное разумное объяснение.
– Просто сейчас, когда Имс начал вспоминать подробности последних минут, я кое-что понял. Ты увидела Харта и выстрелила в него, не так ли?
– Да.
– Если Харт-Ларссон погиб от твоей руки, он должен был проснуться первым, и все его враждебные проекции должны были исчезнуть, – продолжил Кобб. – Однако этого не произошло, и перестрелка, насколько я помню, продолжалась до победного конца. Кроме того, когда я проснулся, Харт все еще спал. То есть, он не покинул сон до меня, он сделал это через несколько секунд.
– А кто, в таком случае, лежал на полу в луже крови? – поинтересовался Имс, поднимаясь со стула. – Очередная проекция?
– Вот насчет того типа я могу совершенно точно сказать, что он был всего лишь пустышкой. Это была стопроцентная проекция подсознания Ариадны.
– Или твоя? – Ариадне не хотелось верить в то, что она может водить за собой такое количество проекций, и она упорно искала лазейку.
– Может, и моя, но, скорее всего, он принадлежал тебе. Ты отлично знаешь, как он выглядит, довольно близко с ним общаешься, и самое главное – ненавидишь его всей душой. Этот парень был одет в черный костюм, в то время как в реальной жизни на нем был костюм темно-синего цвета. Это была всего лишь очень убедительная подделка.
– Хорошо, если с этим мы разобрались, то где тогда был сам турист? – спросила Ариадна. – Чем он там занимался, если его не убили? Где он вообще мог находиться?
– Возможно, он был где-то в комплексе, – задумчиво проговорил Кобб, но в его голосе явно звучали неуверенные нотки. – У меня есть одна безумная идея. Вы подумаете, что я параноик.
– Тоже мне новость, – ухмыльнулся Имс.
Доминик, по всей видимости, уже решивший не обращать на эти замечания никакого внимания, продолжил:
– Мне кажется, что та вторая копия меня и была настоящим туристом – Он ожидал, что его слова вызовут шквал возражений, но ничего кроме удручающей тишины не последовало, и он решил объяснить свое решение. – Ариадна уже говорила, что Ларссон проявляет подсознательную агрессию, направленную, главным образом, против меня. Вы оба погибали в его снах, но чаще всего это были лишь несчастные случаи, в то время как я получал пулю в спину. И в этот раз я снова был убит выстрелом, сделанным из его пистолета. И потом, с чего бы ему стоять возле нее? Почему эта проекция, даже если она и твоя, ведет себя так враждебно? Почему он пытался запутать тебя?
– Мол тоже никогда нам не помогала, – мрачно заметил Артур.
– Да, но дело в том, что я боялся ее. Мой страх стимулировался чувством вины, и поэтому она постоянно была настроена против меня. Но я не знаю, какие у Ариадны могут быть причины воспринимать меня как врага. Харт помешан на тебе, и если это бы он, то такое поведение вполне объяснимо, – неосторожно выдал он, о чем сразу же пожалел, но было уже поздно.
– Харт помешан на Ариадне? – хмуро переспросил Артур. – Откуда такая информация?
Спать Ариадна не могла. Слишком много новых вопросов, требовавших ответа, не давало ей покоя. Зачем Харт выдал себя за клиента? Знал ли он о том, что она входит в состав группы? Прав ли Доминик?
Дом был погружен в темноту и тишину, и только она одна сидела на кухне, покачивая в руках стакан воды.
– Так значит, вот, почему ты не хотела видеть меня после прошлого раза. – Кобб подошел очень тихо, но она все равно различила звуки его шагов еще задолго до того, как он подал голос. Ариадна повернулась в сторону двери, виновато улыбаясь и ожидая продолжения. – Это еще одна причина, по которой я вынужден сделать вывод, что второй экземпляр Доминика Кобба, то есть меня, и был настоящим Хартом. Ты сказала, что в прошлый раз тебе пришлось пережить насилие совершенно определенного характера. Кому еще это могло понадобиться? Однако он не стал выдавать свое лицо, и просто подставил меня – единственного участника группы, с которым встречался в реальной жизни.
– Как ты понял, что человек, напавший на меня в прошлый раз, был похож на тебя?
– Ты боялась меня. Я имею в виду, во сне. Ты бы видела себя со стороны, когда направляла на меня пистолет. В твоих глазах было столько отвращения, что я даже ощутил какую-то слабость. С чего бы тебе так бояться меня? Ведь в реальности ты совсем меня не опасаешься.
– Ну, даже если ты и прав, что с того? – со вздохом спросила она, опуская стакан на стол. – Что это меняет?
– Ничего. Пока что ничего. Просто я хочу знать, действительно ли это правда.
Ариадна закрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов. Ей было просто необходимо успокоиться.
– Ты прав. Во всем, до последнего слова.
– И как далеко зашел этот человек?
– Неужели это так важно?
– Если бы это было неважно, я бы не стал спрашивать тебя.
– А, по-моему, я уже ответила на достаточное количество твоих вопросов.
Доминик подошел вплотную к ней, и Ариадна отпрянула назад, чтобы избежать физического контакта.
– Ну, разве это не ответ? – горько усмехнувшись, сказал он. – Этот сукин сын заставил тебя испытывать ко мне отвращение. Неужели ты считаешь, что это пустяки?