Глава 17
— Ты опять выпустил зверя, да? – спросил Чип, кутаясь в свой шарф. Наклз злобно зыркнул на зверька: зачем нужно было задавать вопрос именно в такой формулировке?
— Не сдержался, – невесело отозвался Соник. Но тут же расплылся в улыбке. – А ты был на высоте, Ужасный Красный! Жаль, Джули-Сью не видела, как ты ее защищал!
— Отвяжись! – рявкнул Наклз.
— Ну давай, давай, сознавайся! Сейчас тебе деваться некуда – только за борт!
— С удовольствием кинусь за борт, лишь бы подальше от тебя!
— И оставишь меня наедине с пилотом?
— Ты сам понял, что сейчас ляпнул?
— От темы не уходи!
— Отстань!
— Слушай, серьезно: ты с ней уже сколько? Месяца три?
— Семь.
— О! Семь! И что, вот ну нисколечко не запал?
Впервые за эту безумную поездку Наклз был рад, что прозябает в холоде: его замерзшие щеки и так были красными, и не было заметно, как он покраснел оттого, каким был ответ на вопрос Соника.
— Между наставником и учеником ничего не может быть – это закон!
— Это я уже слышал.
— А что толку говорить что-то еще, если все, что выходит за рамки этой фразы, есть нарушение закона?!
— Так, значит, признаешь?! – довольный собой, вскричал Соник, от нахлынувших эмоций едва не устроив самолету крен.
— Потише там! – недовольно рявкнул Тейлз.
— А смысл? – Хранитель вздохнул. Он не был прилежным членом Братства, ему ничего не стоило оспорить или вовсе проигнорировать решения предков, но законы Хранителей он не нарушал никогда. И этот не нарушит, даже если это обречет его на вечное одиночество.
— Смысл? – Соник расхохотался. – Это, что, так сложно?
Наклз удивленно взглянул на друга, и в этот момент Тейлз снова начал снижение. Тучи расступились, даже здесь, высоко в небе, исчез шквальный ветер и прекратился снег. Тонкий серп луны висел над горизонтом ледяной пустыни, в которой еще три дня назад стоял город.
Холоска занимала очень обширную территорию. Это был город, основанный любителями классической старины. Здесь не было высотных зданий, дорог или других признаков прогресса. Все постройки являли собой яранги или иглу – и теперь ничего этого не осталось. Ударная волна смела все. Неужели она действительно прошла по всей планете?
— Даже и спросить будет не у кого, – горько заметил Чип.
— Не то, чтобы в четыре часа утра нам кто-нибудь бы ответил, – фыркнул Наклз.
— Кажется, еще один Храм! – Тейлз свернул вправо, и Соник и Наклз увидели несколько ледяных пик, возвышающихся над поверхностью метров на сто-сто пятьдесят. Судя по обломкам, громоздящимся вокруг, эти пики – малая часть того, что здесь было до ударной волны.
— Это что, все, что осталось от Ледяного Леса?! – воскликнул Наклз.
— Вон там! – крикнул Соник, указывая на самую высокую из пик. Его зрение позволило ему увидеть в самой вершине пики лунку для Изумруда Хаоса.
— Вот ведь кому-то делать было нечего! – воскликнул Наклз.
— Я могу подлететь достаточно близко! – сообщил Тейлз.
— А я вложу Изумруд в лунку! – закончил Соник. – Это наш Храм, я чувствую!
Лисенок не смог бы подвести самолет на нужное расстояние – пика находилась в гуще своих сестер, хоть и высилась над ними. Но благодаря новым способностям Соника растягивать свои руки, они могли попытать счастья в этом Храме, не приземляясь.
Взяв один из Изумрудов, Соник перебрался через Наклза и вылез на самый край крыла самолета. Крепко вцепившись в крыло одной рукой, во второй ежик сжал Изумруд, готовый вложить его в лунку, когда ледяная пика будет достаточно близко.
— Пристегнитесь! – велел Тейлз. Наклз и Чип незамедлительно послушались. Лисенок зашел еще на круг, чтобы поудобней прицелиться, и, подлетая, начал давать все больший крен на правый борт. Когда они пролетали четко над нужной пикой, Тейлз повернул самолет так, что крылья его оказались перпендикулярны земле. Соник держался крепко и действовал быстро, так что даже не начал соскальзывать с крыла, когда, вытянув руку вниз, вложил кристалл в лунку. Как только это произошло, Тейлз заложил вираж и выровнял самолет.
Наклз и Чип, которому сумасшедший трюк по вкусу не пришелся, обернулись, чтобы увидеть, как по полупрозрачной ледяной пике поднимается струйка яркого синего света.
— Есть! – воскликнул Соник. Через мгновение свет зажег Изумруд и вырвался в небо, растапливая ледяную пику.
— Ух ты! – пролепетал Чип, выпутываясь из своего шарфа. Кристаллик у него на ошейнике ярко горел и, казалось, буквально тянул его к столбу синего света.
— Эй! – позвал Наклз, но зверек не отреагировал. Он уже почти оказался на хвосте самолета, когда прямо перед его носом со скоростью ветра просвистело нечто, едва не сбив. Наклз схватил Чипа за крылышки и вернул на сиденье. Кристаллик все еще мерцал, но потух одновременно со столбом света. И Чип мгновенно пришел в себя.
— Наклз! – раздался отчаянный крик Тейлза, и Хранитель огляделся.
Их окружали парящие в воздухе черные существа, похожие на гигантских ос. Даже ярко-лиловые узоры на их телах напоминали полоски на брюшках этих насекомых.
Не мешкая ни минуты, Наклз сбросил шапку и шарф, вылез из самолета и набросился на летающих тварей – благо, сам летал не хуже них. Но они ловко отклонялись от любого его удара и при этом не выпускали самолета из центра своего кольца. Наклз нападал, но безрезультатно. При этом сами твари не атаковали ни разу. Вскоре Хранитель заметил, что они смыкают кольцо.
— Да чтоб вас! – взревел он и, оттолкнувшись от борта самолета, сумел зацепить своими шипами одну из тварей. Та почти жалобно пискнула и исчезла, не рассыпалась лиловыми искрами, а просто исчезла!
С оставшимися тварями такой удачи не было. Краем глаза Наклз заметил, что солнце уже показалось из-за горизонта, и тут раздался хлопок. Хранитель обернулся и увидел, что это Соник одним ударом прихлопнул сразу троих.
— Ты что делаешь?! – вскричал Наклз.
— Я заметил, что от меня они не пытаются уклониться! – ответил ежик и, к ужасу своих друзей, раскрутился волчком, растянув руки так, что доставал до каждой твари, и за пару оборотов уничтожил всех.
— Когда в моих силах что-то сделать, я это делаю, вы же знаете! – словно оправдывая свои действия, объявил Соник, когда лиловые искры впитались в его шерсть.
— Ты соображаешь, что творишь?! – грозно потребовал Наклз, осознавая, впрочем, что читать нотации бесполезно.
— Да, – ответил Соник таким тоном, что стало ясно: он и рад бы следовать указаниям друзей, но выбора у него нет.
— Они тебе поддаются, а ты и рад! – продолжил Хранитель. – Неужели не видишь: это они тебя в зверя превращают! Из-за них ты…
— Наклз! – перебил Соник, устраиваясь снова на пассажирском сиденье. – Не думай, не тебе одному тошно из-за всего этого!
Ежик практически повторил слова Спектра, которые бестелесный предок сказал Наклзу два дня назад.
Чтобы остудить рвущуюся наружу ярость, ехидна отправился достать восстановленный Изумруд Хаоса. Когда он вернулся к самолету, кончики его дред были покрыты инеем.