Глава 39

Убедившись, что бластеры заряжены полностью, Джули-Сью дала мощный залп сразу из обоих, попав зверю в спину. Даже несмотря на то, что был в десять раз больше прежних размеров, это попадание зверь ощутил. Издав яростный рык, он обернулся. Девушка ожидала, что в нее полетит ком лавы или ее попытаются ударить кулаком. Но зверь развел лапы в стороны – кончики его когтей светились при этом лиловым. Затем резким движением он свел руки вместе, оставляя полоски лилового света в воздухе. Из-за яркости этих полос Джули-Сью не сразу увидела, что они движутся прямо на нее. Шедоу был окружен собственной аурой Хаоса, и ему эта атака ничего не сделала, но девушке пришлось спасать себя и Наклза. Подхватив наставника, она проворно прыгнула между двумя полосками. Обернувшись на них, Джули-Сью увидела, как они прорезали скалу у себя на пути!

Уложив Наклза обратно на землю, Хранительница принялась снова стрелять по зверю. К счастью, к тому времени, как зверь замахнулся для новой смертоносной атаки, Шедоу был готов действовать.

Зверь уже начал сводить руки вместе – в этот раз его ладони полностью светились лиловым, – но в этот же миг черный еж запустил в него огромный энергетический шар, которым зверя впечатало в стену. Тряхнув головой, чтобы прийти в себя, зверь зыркнул на обидчика, но увидел только яркий зеленый свет…

Шедоу был окружен изломанными стенами, трещины сочились кровью, а пол был вязким, словно, стекая, кровь медленно застывала. Вокруг царила гнетущая, почти осязаемая тишина. Лишь один звук заполнял все пространство – надрывный, не имеющий эха стон, полный отчаяния и горя.

Черный еж знал, кому принадлежит этот стон, но, оглядевшись, нигде не нашел Соника. Шедоу понимал, что в этом пространстве – в сознании Соника – он гость, и, скорее всего, долго пробыть здесь не сможет. С другой стороны, Гея тут тоже не дома – но держится же!

— Соник! – позвал Шедоу и наугад рванул вперед. Снова раздался стон. Даже при отсутствии эха было невозможно определить направление, откуда он доносился. Черный еж поскальзывался, едва не падая. И вдруг что-то врезалось в него, повалив на спину и протащив по вязкому и скользкому полу. Очухавшись, Шедоу увидел красные глаза зверя.

— Прочь отсюда! – проревел он. Здесь зверь был не такой, как в реальности – гораздо менее зловещий и речью обладал, судя по всему, более четкой. Но зато хватка была все такой же крепкой.

— Только вместе с тобой, – заявил Шедоу, силясь сбросить зверя с себя.

— Меня здесь приветили! – зверь оскалился и угрожающе зарычал. – А ты пришел без приглашения!

— Я знаю Соника. Таких, как ты, он приветствовать не станет.

— Я даю ему возможность выплеснуть эмоции! – с упоением проговорил зверь. – Вы заставляли его запирать в себе все негативное, он должен был улыбаться и делать вид, что все прекрасно! Я сделал его свободным!

Шедоу хмыкнул.

— Никто не может заставить Соника делать что-то.

— Вот такие вы, значит, друзья! Вы совершенно не знаете его!

— Мы знаем его достаточно. Соник слишком силен, чтобы поддаваться чужому влиянию. Если он не показывает грусти или страха – значит, их попросту нет!

— Их не может не быть!

— Не может. Но Соник умеет сделать так, чтобы у него их не было. И ты здесь лишний! – собравшись с силами, Шедоу поддел зверя ногой и перебросил через себя. Мгновенно вскочив на ноги, черный еж развернулся.

Зверя нигде не было, но теперь Шедоу видел перед собой Соника. Ежик сидел на коленях и, закрыв голову руками, жалобно скулил. Он раскачивался взад-вперед, как помешанный, а из его глаз ручьями текли слезы.

— Соник! – позвал Шедоу и подбежал к нему. Но синий ежик не слышал и не видел Шедоу. И вдруг у ног Соника появилась Эми. Только что ее не было, а вот уже здесь. Мертвые глаза незряче уставились вверх, все тело было в страшных рваных ранах, а в голове – огромная дыра. На мгновение Шедоу застыл в оцепенении, но тут же взял себя в руки.

— А если бы вы сразу показали ему правду, то ничего этого не произошло бы, – раздался голос над ухом. Шедоу скосил глаза, чтобы увидеть стоящего рядом зверя.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Мы с Соником убили Э-Эми, а вы убедили его, что она жива, – зверь облизнулся. – А, ведь, тогда всего шесть Изумрудов было восстановлено. Если бы он тогда узнал, что натворил, мне, возможно, не удалось бы завладеть его разумом. Видишь, как он корит себя? Как страдает? Как его разрывают горе и отчаяние?

— Все было не так! – воскликнул Шедоу, сам от себя не ожидая. – Эми жива и с ней все в порядке!

— А это тогда что? – зверь небрежно коснулся мыском ноги Эми.

— Это не… Это неправда! – Шедоу ощутил, что никак не может собраться с мыслями. Что-то было не так! Ведь он сам разговаривал с Эми, они обсуждали… Что? О чем они говорили? Или не говорили?..

— Ты же видишь ее собственными глазами! Ты глазам своим не веришь?

Шедоу впервые в жизни почувствовал, что покрывается холодным потом. Если Эми погибла, почему этого нет в его памяти? Такие вещи сложно забыть! Тем более Эми! Эми – дорогой друг! К горлу подступил болезненный комок.

— А теперь посмотри своему другу в глаза и признайся в обмане!

Шедоу взглянул на Соника, который продолжал раскачиваться взад-вперед и скулить.

— Соник…

Но ежик даже не взглянул на Шедоу.

— Я не знал, что Эми погибла, – пролепетал черный еж. – Я думал…

Шедоу ощутил, словно чья-то железная хватка сдавливает его грудь, становилось сложно дышать. Зверь расхохотался.

— А что ты вообще знаешь, совершенная форма жизни? Как ты можешь называть себя совершенным, если твое неведение приводит к последствиям, за которые ты даже ответить не в состоянии!

Услышав это, Шедоу увидел перед глазами чей-то нечеткий образ. Словно откуда-то из ускользающего сознания пробился слабый огонек надежды. Надежды? На что?

— Кому ты такой нужен? Кто захочет иметь дело с искусственным выродком?

Возникший образ стал четче, но все равно было сложно разглядеть, что именно это было. Но стало заметно легче дышать, железная хватка, сдавившая грудь, начала ослабевать. И ему показалось, или одна из рваных ран на теле Эми стала просто царапиной?

— Совершенная форма жизни, которая не способна ни на что, кроме служения! Ты никому и ничего не сможешь дать, потому что тебе самому нужен наставник – тот, кто сможет направить тебя!

Шедоу широко и зловеще улыбнулся. Зверь говорил все то, что хотел внушить, но ни одно из этих слов не было верным! Образ, который возник перед взором черного ежа – верная напарница, друг и будущая мать его ребенка, летучая мышь Руж, – стал четкими и почти осязаемыми. Протяни руку – и коснешься его! Сначала Шедоу показалось, что он видит Марию, своего самого дорого друга, и был удивлен, когда узнал в видении Руж. Сам того не подозревая, своими словами зверь вызывал в ускользающем сознании своего невольного слушателя ассоциации с той, кто теперь был дорог Шедоу не меньше Марии, и она спасла его от участи Соника. Опустив взгляд, черный еж увидел, что все раны на теле Эми туго перебинтованы, глаза ее закрыты, и она тихо и ровно дышит, словно во сне.

— Ты – кошмар, засевший в голове Соника и не можешь ничего сделать мне! – громко и четко заявил Шедоу, от души приложившись кулаком по челюсти зверя. От силы удара зверь даже крутанулся на месте и шлепнулся на пол. – Потому что ты знаешь обо мне ничуть не больше, чем знает Соник!

Зверь оскалился и прыгнул на Шедоу, но словно напоролся на глухую стену и даже коснуться его не смог.

— Ты не властен над моим сознанием и ничего не можешь мне сделать! – повторил Шедоу и для убедительности даже поморщился, словно смотрит на раздавленного слизняка. – Правда, и я теперь перед тобой бессилен, – чтобы удостовериться, он попытался снова ударить зверя, но ему это не удалось. – Зато я знаю того, кто устроит тебе хорошую взбучку.

Демонстративно отвернувшись, Шедоу подошел к синему ежику.

— Соник, посмотри на меня!

— Умерла, – проскулил Соник.

— Гея внушила это тебе! Ты не убивал Эми!

— Убил…

— Хватит ныть, пустышка! – Шедоу вовсе не злился, но постарался, чтобы эта фраза прозвучала как можно более угрожающе. Краем глаза он видел, как зверь в бессильной злобе ходит вокруг них. Схватив Соника за иголки, он сильно дернул, задрав его голову кверху. – Посмотри, что на самом деле стало с Эми!

Но Соник умоляюще взглянул на Шедоу. Черный еж понял: Соник не хочет смотреть, потому что уверен, что увидит растерзанное тельце девочки.

— Мне с тобой некогда нянчиться! Гея завладела твоим сознанием и телом! Если ты не вытеснишь ее, она полностью поглотит тебя и разрушит планету!

— Эми погибла…

— &%^$# , да чтоб тебя! – вот теперь Шедоу разозлился. Зафиксировав голову Соника в руках, он развернул ежика так, чтобы он наверняка увидел Эми. – Эми жива! Жива! Гея поцарапала ее, даже покусала, но, поверь, если бы тебя там вовсе не было, то Гея бы ее и на куски порвала! Так что ты еще и спас Эми!

Зверь яростно заревел и принялся биться о невидимую стену, силясь прорваться и уничтожить этих букашек.

Синий ежик во все глаза смотрел на девочку, которая теперь свернулась калачиком и тихонько посапывала в своем безмятежном сне. Соник, словно желая убедиться, что перед ним и вправду не обман, легонько щелкнул Эми по носу. Девочка смешно сморщила мордочку и чихнула, но не проснулась. Шедоу невольно фыркнул: какие, однако, образы могут возникать в голове этого безбашенного ежика!

— Видишь? Ты ее спас! – для доходчивости повторил черный еж и скрестил руки на груди.

— А разве когда-нибудь было иначе, – Соник поднял на друга взгляд, – пустышка? – на его лице заиграла эта вечная ухмылка, а шерстка стала покрываться золотым. Верно, Изумруды Хаоса здесь, с Соником. Он может использовать силу Хаоса!

Синий ежик протянул Шедоу руку, словно прося помощи, чтобы подняться. Но, коснувшись руки Супер-Соника, Шедоу почувствовал, как сила Изумрудов передается и ему. «Силой Хаоса можно только поделиться», – вспомнил он слова Хранителя. Да, раньше они уже так делали. Когда Супер-Соник поднялся на ноги, оба ежа недобро взглянул на Гею…