– Что, если я не захочу делать вид, что ничего не было? – осторожно спросил Блейн, делая еще несколько глотков джина с тоником и возвращая почти пустой стакан на столик, а освободившуюся руку кладя на колено Курта. – Или ты уже решил, что я мальчик на одну ночь, и большего от меня ждать не стоит, м? – поинтересовался он, добавляя тону больше игривости.
Хватит разводить сопли, в конце концов. В отличие от Курта, Блейн знал, что тот думает на самом деле и что чувствует, и мог не волноваться. Во всяком случае, пока волшебная фигня того бродяги не пройдет. Хотя, может быть, она не пройдет никогда, и Блейн и вовсе станет самым счастливым в мире человеком, ведь, в отличие от всех несчастных влюбленных, будет действительно знать, чего хочет и о чем думает его вторая половинка…
– Давай не будем загадывать наперед, ладно? – Курт медленно поглаживал пальцами шею Блейна, касаясь волос на затылке и вновь скользя вниз под ворот рубашки. – Наоборот, я тебе, может, завтра жениться предложу, имена детям подберу, суррогатную мать найду, а ты такой: «прости, нам не по пути». В конце концов, ты сам установил срок «договора» в один вечер, – Курт рассмеялся, делая глоток виски и проводя губами по краю стакана.
Алкоголь приятно согревал не только тело, но и мысли. «Пусть все будет постепенно. Пусть идет так, как мы захотим. Я тоже не захочу делать вид, будто ничего не было, я просто пытаюсь себя подстраховать. Это так глупо, наверное... Время все равно все расставит на места».
Курт выпрямил спину и приподнял бокал в руке, глядя Блейну в глаза:
– За то, чтобы все наши желания воплощались в жизнь, – помпезно проговорил он, отрываясь взглядом от глаз Блейна лишь на несколько секунд, чтобы указать на его бокал на столе. «Я не знаю, как все желания, но сейчас я определенно хочу быть с тобой рядом во всех возможных смыслах».
Блейн мягко рассмеялся, коснулся бокалом бокала Курта и выпил остатки джина. Отставив его на столик, Андерсон жестом попросил проходящего мимо официанта повторить, и плевать, что тому придется принюхиваться, чтобы понять, что именно они пили. Плевать на все.
– Ты похож на того, кого я, сам того не ведая, искал всегда. Веришь мне? – тихо прошептал Блейн, скользя пальцами по линии нижней челюсти Курта, сжимая его подбородок и наклоняя голову парня так, чтобы их лица оказались на одном уровне. «Я хочу верить».
Блейн чувствовал тепло во всем теле, и алкоголь не имел к этому никакого отношения. Глаза Курта, его тело, его губы, его голос. Блейн Андерсон в свои двадцать девять лет отчаянно влюблялся в того, кого собирался ненавидеть и уничтожить и был счастлив от этого ощущения. Удивительно, как легко рассеивался весь разум, все решения и все планы под влиянием этого странного, но удивительного чувства. У него было столько влюбленностей в марки одежды и машин. В напитки, города и новые позы в сексе. А теперь он влюбился в живого человека, который был ужасно «не навсегда», ужасно хрупким и ненадежным по факту своего рождения. Но это чувство казалось первым лучом солнца в его жизни, и оно было прекрасно.
– Хочу тебя поцеловать. Хочу целовать тебя до самого утра, – прошептал он, закрывая глаза и прижимаясь лбом ко лбу Курта, оставляя между их губами считанные сантиметры и перемешивая дыхание.
«Так поцелуй. Пожалуйста. Это уже не договор и не игра, Блейн. Это мы и наши желания. Никого и ничего кроме. Я две ночи засыпаю с мыслями о твоих губах. О тебе. Я хочу чувствовать тебя». Рука Курта скользнула по щеке Блейна, тогда как вторая спустилась по руке вниз к предплечью. Сердце билось в бешенном ритме; для Курта сейчас существовал только Блейн. Только его дыхание, ласкающее губы, его прикрытые глаза и тихий шепот. Аромат его парфюма обволакивал, желания подчиняли себе тело и разум. Курт был уверен в том, что он делал, как никогда. Пальцы опустились с щеки, обводя нижнюю губу и возвращаясь обратно. Момент тянулся так невыносимо и сладостно долго. «То, что я твой – это не просто слова. Я чувствую это».
– Поцелуй меня, пожалуйста, – практически моля, шепнул Курт. Он приподнял подбородок и губами коснулся губ. Невесомо. Ожидая продолжения. Курт прикрыл глаза, придвигаясь ближе. «Пожалуйста».
Блейн скользнул рукой по спине Курта, одновременно надавливая грудью на его грудь и заставляя парня отклониться назад, но в то же время придерживая его за спину и накрывая, наконец, его губы своими. Неужели нужно было перецеловать не одну сотню человек, чтобы ощутить эту разницу? А если бы это был первый поцелуй, был бы такой же взрыв? Музыку выключили, или это он ничего не слышит из-за того, как быстро бьется в висках пульс?
Блейн немного приоткрыл рот, втягивая нижнюю губу Курта, и тут же открыл его снова, углубляя поцелуй. Вкуса выпивки, слюны или чего-то еще не существовало. Ко всем потрясающим ароматам Курта добавился теперь еще и его собственный вкус, который буквально сводил Блейна с ума. Он уже сейчас был готов повалить Курта на диван и как подросток потратить всю ночь на сладкие поцелуи, пока их губы не начнут болеть и не распухнут. Они идеально совпадали. Они идеально ощущались. Блейн резко втянул носом воздух и глухо застонал от удовольствия, когда Курт кончиком языка провел сбоку его языка, а движение отдалось в пах, словно Андерсону вдруг снова было шестнадцать.
– Боже, – выдохнул он почти жалобно, открываясь от влажных губ и открывая глаза, чтобы увидеть реакцию и самого Курта на поцелуй, который для Блейна показался сногсшибательным.
Но Курт так ничего и не сказал: он просто обхватил руками щеки Блейна и притянул его обратно к себе, прижимаясь губами к губам. Он не хотел отстраняться или отвлекаться. Было слишком хорошо, не хотелось останавливаться. «Еще, пожалуйста. Вот так, да. Боже, Блейн, это идеально... Твои губы, ты...». Курт вообще ни о чем не мог думать. Он поочередно захватывал губы Блейна, скользил между ними языком и, кажется, тихо постанывал, когда эмоций становилось слишком много. Чувства зашкаливали. Курт просто безвольно готов был упасть на диван, не разрывая поцелуя, но сильные руки придерживали его, прижимали к разгоряченному телу. Один поцелуй сменялся другим. Они были то нежными, то жадными до ласк. В них выражалось идеальное сочетание желания и потребности друг в друге. Курт изучал руками то спину, то грудь Блейна, практически перебравшись к нему на колени. Блейн огладил языком небо Курта, а тот слегка прикусил его нижнюю губу, дыханием смешивая стоны удовольствия. Казалось, что этот поцелуй не мог стать лучше. Что лучше него ничего не могло быть. Это было пиком наслаждения. Курт потерял связь с реальностью. Он был возбужден, он прижимался к желанному мужчине и целовал его. От этого невозможно было отказаться.
Подошедший официант стоял, наверное, несколько минут, перед тем как решился кашлянуть, отрывая парней друг от друга. Блейн вскинул голову, улыбаясь, а затем вернул Курта в исходное положение и провел рукой по его спине, безуспешно пытаясь заправить его выбившуюся из брюк рубашку.
– Я прошу прощения... Это джин с тоником и виски с колой? – уточнил официант.
– Почти. Там был виски с вишневым соком, но оставляйте, я потом сам схожу, если что, – отмахнулся от него Блейн.
Тот кивнул и вернулся к обслуживанию остальных столиков, а Блейн рассмеялся, приглаживая волосы и шумно выдыхая, прежде чем еще раз мягко чмокнуть Курта и шутливо потереться носом о его нос.
– К черту пошло мое желание не целовать тебя здесь, но, мне кажется, это было не так уж плохо... – заметил он с улыбкой и провел рукой по бедру Курта, немного сжимая пальцы и плотоядно улыбаясь от мыслей, что сегодня этот парень будет ночевать с ним и неважно, где именно.
«Не так уж и плохо... Еще как не плохо...», – Курт приложил пальцы к своим губам и улыбнулся. Со стороны он наверняка выглядел растрепанным и разомлевшим. – «Это было просто потрясающе».
– Согласен, – голосом ниже, чем обычно, сказал Курт, пытаясь вернуть себе хоть какое-то подобие самообладания. Получалось откровенно плохо. Он словно сексом только что занялся и никак не мог отойти после крышесносного оргазма. Еще закурить только не хватало, развалившись на диване.
Курт протянул руку к своему бокалу, игнорируя тот факт, что в нем вместо вишневого сока была кола. Он сделал большой глоток, наблюдая за тем, как Блейн поглаживал рукой его бедро. Не было чувства неловкости, было лишь непреодолимое желание вновь прижаться к губам Блейна. «Мне нужно остыть».
– Мы вас, между прочим, везде ищем, – Рейчел встала перед столиком, сложив руки на груди и переводя взгляд с Блейна на Курта и обратно. Ох, Курт прекрасно знал, что значила эта ее улыбка. «Не смей ничего говорить, Рейч». – Я понимаю, что у вас тут своя атмосфера, – Курт откинул голову назад, закатив глаза, – но, может быть, соизволите присоединиться к нам за столик?
– Я так понимаю, что вариант ответа только один? – Курт вскинул бровь и снял ноги с бедер Блейна. «Давай, лиши меня желания заняться сексом прямо на этом диване».
– Я могу дать вам пять минут, чтобы ты привел в порядок свою рубашку, – с по-доброму язвительными нотками отозвалась Рейчел и указала рукой в другой конец зала. – Наш столик слева от сцены.
Как только Рейчел отошла от столика, Блейн повернул голову и окинул Курта быстрым взглядом:
– Тебе придется встать, чтобы поправить рубашку, она задралась на пояснице... Не без моего участия, конечно, – мурлыкнул он с улыбкой и еще раз накрыл губы Курта поцелуем, но вовремя остановился и отодвинулся, с сожалением глядя на влажные губы, которые ему не хотелось прекращать целовать. – И... Ты думаешь, мне стоит идти с тобой? Разумеется, я этого хочу. Хочу быть с тобой весь вечер и ночь тоже. Но это ведь твои друзья, вы давно не виделись, и ты, возможно, хочешь провести время с ними и пообщаться? Я могу дождаться ночи, побродить тут и забрать тебя, когда решишь уходить.
Блейн поднялся на ноги и поднял Курта за руки, скользя пальцами по его рубашке и спокойным жестом заправляя ее обратно под ремень брюк. Не сказать, что теперь по Курту не было понятно, чем он только что занимался, но выглядело всё равно приличнее.
– Как я выгляжу? – спросил Блейн, на ощупь проверяя состояние укладки.
– Как всегда отлично, – Курт провел пальцами по пуговицам на рубашке Блейна. – Если не считать утро пятницы, конечно, – он рассмеялся и посмотрел в сторону, в которую ушла Рейчел. – Знаешь, мне, может быть, послышалось, но ты сказал, что хочешь играть моего бойфренда весь вечер, так что не вижу ни одной причины, почему ты не должен присоединиться со мной к компании моих друзей. Тем более, я думаю, что Мерседес с Сэмом тоже там.
«Я хочу, чтобы ты пошел со мной. Адам еще где-то здесь, хотя какая разница, плевать на него... Я просто хочу провести все время с тобой», – теперь поцелуев казалось мало; Курт наклонился, ласково сминая губы Блейна своими. – Пошли, – шепнул он и обхватил руку Блейна, переплетая их пальцы.
Они подхватили со столика бокалы, и Курт практически успел опустошить свой в три глотка, когда они дошли до нужного столика.
Друзья Курта приняли Блейна радушно, насколько это вообще было возможно. Сэм, правда, продолжал пялиться на друга, все еще рассчитывая, что тот отойдет, наверное, и во все его посвятит, но Блейн только скинул Эвансу смс, пообещав все рассказать потом, и вернулся к обсуждению, конечно же, новых проектов Рейчел. Было очевидно, кто звезда в их компании и на кого была обращена большая часть внимания, хотя праздник был у Мерседес, а Курта вообще редко видели. Для Блейна же существовал только Курт. И хотя он делал вид, что внимательно слушает Берри и время от времени даже удачно шутил, он не переставал касаться Курта. Если они не держались за руки, то Блейн обнимал парня за плечи или талию, целовал в висок, а иногда и крал полноценные поцелуи, когда все отвлекались, а потом вынужден был отрываться от губ парня под свист его друзей и театральные аплодисменты. Не увлечься Куртом было невозможно.
Спустя несколько часов весь столик оказался заставлен пустыми бокалами, немалая часть из которых принадлежала Курту. Блейн специально пил не очень много, а вот Курт, похоже, наконец-то отпустил себя и расслабился. Он ластился к Блейну, как котенок, которого взял на руки хозяин после долгой разлуки, и сердце Андерсона таяло. Впрочем, когда котенок перебрался на его колени и принялся совсем очевидно прижиматься задницей к твердеющему члену, Блейн понял, что пора менять обстановку.
– Может, потанцуем? – предложил он всем, сжимая руками бедра Курта и заставляя его замереть хоть на минуту, чтобы тот не оказался прижат грудью прямо к этому стеклянному столику и не был оттрахан.
– Мы должны взять еще выпить, а потом танцевать, – встрепенулся Курт, начав снова крутиться из стороны в сторону на коленях Блейна в поисках официанта.
– Там какая-то девушка шла с голубым коктейлем, а я еще не пила голубой. Хочу голубой коктейль, – хихикала Рейчел, потираясь щекой о плечо Финна и обнимая его поперек груди.
«Сейчас я покажу тебе голубой коктейль», – Курт развернулся лицом к Блейну и скользнул руками по его плечам, наклоняясь к самым губам и выдыхая в них разгоряченный от алкоголя воздух. – «Блять, как же сильно я тебя хочу. Хочу, чтобы мы...».
– Вы меня звали, – официант остановился у их столика, и Курт подскочил на коленях Блейна, тут же обращая внимание на парня.
Он не мог вспомнить, когда вообще так сильно напивался, полностью теряя над собой контроль. Но так приятно, оказалось, не задумываться о том, что ты делаешь, а просто брать от вечера максимум, наслаждаться прикосновениями Блейна, чувствовать его желание. Курт потерял счет алкоголю, который сегодня попробовал, но он все помнил. Каждое свое действие и прикосновение к Блейну, каждый их поцелуй. Пока помнил.
– Я хочу голубой коктейль, – упрямо заявила Рейчел, в ответ получив глубокий вздох Финна, который явно не одобрял ее желания.
– А я не знаю, чего я хочу, – вдруг растерянно буркнул Курт, глядя на пустые бокалы перед собой. «Нет, я знаю, чего хочу». Он продвинулся глубже, отчетливо ощущая даже через ткань брюк член Блейна, и обернулся через плечо, глядя тому в глаза: – Вот чего я хочу.
– Просто повторите все, что мы пили последний раз и принесете ей уже голубой коктейль, – Мерседес приняла решение за всех, после чего встала с дивана и потянула Сэма за собой: – А теперь, правда, пока несут выпивку, давайте потанцуем.
Официант растерянно оглядывал стол, но, впрочем, быстро понял, что здесь выпьют все, чтобы он ни принес. Рейчел, шатаясь, тоже поднялась на ноги, а Курт, изловчившись, перекинул ногу через бедро Блейна и сел к тому лицом, сцепляя руки за его шеей:
– Ну что, идем танцевать? – пьяно промурлыкал он, покачнув бедрами вперед. «Или я хочу забраться под стол и отсосать тебя прямо здесь».
Ох, Блейн был в восторге от идеи, чтобы Курт встал на колени и отсосал ему. Он и так заводил его весь вечер, а тот пока не заканчивался и это означало еще несколько часов сладких мучений, пока он сможет наконец оттрахать его. И это как минимум! Но уж отпускать Курта от себя он не планировал точно.
– Я считаю, что нам нужно потанцевать, да, – шепнул Блейн, прикусывая кожу на шее Курта и сжимая его ягодицы, подтягивая парня еще выше и толкаясь бедрами вверх. Если их предварительные ласки в одежде и поцелуи такие потрясающие, то секс и вовсе окажется лучшим в жизни Блейна. – Потому что нам нужно побыть здесь еще немного, чтобы не обидеть твоих друзей, а затем я утащу тебя к себе или к тебе и, боже, ты не представляешь, как я хочу тебя трахнуть, Курт. У меня навязчивая идея, а ты не прекращаешь ерзать!
Блейн поднялся на ноги, удерживая Курта на весу, и пересадил его на спинку дивана, снова впиваясь в губы парня и жадно его целуя, пока руки, ни на миг не останавливая движение, скользили по его телу. «К черту друзей, к черту все, я хочу тебя, я хочу чтобы ты меня трахнул на твоих гребаных прикроватных тумбочках в отеле. Нет, лучше у меня. Неважно, хоть здесь», – Курт оторвался от губ Блейна, глядя на него полным похоти затуманенным взглядом. Соображал он откровенно плохо, но зато как никогда знал, чего хочет. – "Я хочу уйти, нет, хочу потанцевать. Да, хочу танцевать. И еще виски». Курт соскользнул со спинки дивана, всем телом прижимаясь к Блейну и похотливо улыбаясь. Завтра, наверное, ему будет стыдно за свое поведение, но мыслей об этом не было. Он просто представлял позы, в которых они займутся сексом, представлял, как будет прогибаться под Блейном, толкаясь бедрами ему навстречу. Как будет царапать его спину и чувствовать, как сильные пальцы оставляют синяки на бедрах. Курт изголодался по сексу. Курт, кажется, никого и никогда так отчаянно не хотел, как Блейна. Он хотел взять его член в рот, хотел, чтобы тот толкнулся им, вошел внутрь, растягивая тугие мышцы и раздвигая ягодицы. Любое порно позавидует тому, что сегодня ждало Курта ночью.
– Мы идем танцевать, – пропел Курт, хватая Блейна за руку и просовывая колено между его ног, – а потом мы едем ко мне и по пути до спальни на нас не должно остаться ни одной вещи.
Курт провел зубами по нижней губе, а руку на груди Блейна стал опускать ниже и остановил ее только тогда, когда коснулся подушечками пальцев его возбужденного члена, слегка сжимая. «Блять, какой он большой».
– Пошли, покажешь, что ждет меня спустя пару часов, – он облизнулся и убрал руку, потянув Блейна в сторону танцпола. «Давай, Блейн, я хочу увидеть тебя во всей красе».
– Мне уже кажется, что я не выдержу пару часов, – вздохнул Блейн и перескочил через спинку дивана, прижимая Курта к себе.
Покачивая бедрами под ритм музыки, он довел Курта до открытого пространства, где все танцевали. Он повернул его в своих руках, прижимая спиной к своей груди, скользя руками по бедрам и принимаясь двигаться под музыку. Блейн плавно двигал бедрами и руками, что обводили живот Курта, его грудь, плечи и снова возвращались к бедрам. Неподалеку от них топтался Финн, а Рейчел вилась вокруг него юлой и явно злилась от того, что несчастный не мог повторять ее движения и вовремя делать какие-то поддержки, что приходили ей в голову каждую минуту. Забавно было то, что впервые в жизни Блейн танцевал с парнем, смотрел по сторонам, но в то же время не испытывал ни малейшего сексуального интереса ни к одному больше человеку в помещении. Тут было полно привлекательных парней и девушек, но все, что интересовало Блейна, его разум и тело – это Курт, который, несмотря на опьянение, двигался очень пластично и не сбивался с ритма музыки. Вновь повернув Курта к себе лицом, когда выдерживать трение задницы о член стало невозможно, он крепко прижал его к себе и впился губами в губы, улыбаясь в поцелуй и опуская руки на задницу, чтобы ее сжать.
Курт наклонил голову в бок и коснулся губами шеи Блейна, слегка втягивая кожу и прикусывая ее. Он стал спускаться поцелуями ниже, руками забравшись под его пиджак и царапая спину через рубашку. Блейн пах так одурманивающе прекрасно, так управлял телом Курта в танце, прижимая к себе. Курт прикрыл глаза, выводя языком узоры на переходе шеи в плечо и оттягивая пальцами футболку. Он сам чуть ли не мурчал как кот от удовольствия, позволяя Блейну делать все, что тот хотел. Их бедра терлись друг о друга, и касание возбужденных членов заставило Курта слегка прикусить шею Блейна и низко простонать, повторяя движение. Ждать казалось невыносимым. Каждая клеточка тела Курта была пронизана желанием прижаться к обнаженному телу Блейна, наконец-то ощутить его полностью. Он зацепился пальцами за ремень его брюк со спины и чуть отклонился назад, чтобы заглянуть в глаза, мысленно продолжая повторять, насколько же сильно было желание остаться наедине.
Но момент оказался разрушен. Курт нахмурился, замечая прямо перед собой, но за спиной Блейна, Адама, который меньше чем в метре от них стоял, сложив руки на груди. Курт совсем забыл о нем, да и сейчас не имел ни малейшего желания затевать какой-либо разговор. «Уйди к черту, а».. Курт пропустил большие пальцы под ремень Блейна и уткнулся лицом ему в шею. Блейн тоже был единственным, кто интересовал Курта. «Как быстро это стал только ты?».Услышав мысли Курта, Блейн тут же обернулся и закатил глаза, увидев того самого гнусного блондина, который растягивал слова, смахивал на лошадь и когда-то давно смел касаться его Курта. И ведь на первый взгляд Блейн назвал его симпатичным… В общем, ублюдок последний и совершенно недостойный внимания, но раз уж он тут встал, то чего-то, видимо, все же хотел.
Блейн развернулся к нему лицом, все еще прижимая Курта к себе, и наклонил голову, скользя взглядом по совершенно недовольному отчего–то (отчего же?) лицу Адама:
– Так и будешь пялиться? – уточнил Блейн, стремительно раздражаясь. – Имеешь какие-то дурные наклонности, или просто любуешься зрелищем?
Блейн повернул голову в сторону, нежно поцеловал Курта в висок и только тогда ослабил хватку на его талии на тот случай, если он тоже захочет повернуться лицом к бывшему.
– Будто я что-то там не видел. Было бы еще на что смотреть, – фыркнул Адам, а Курт крепче обхватил руку Блейна. «Хотел унизить? Хотел, чтобы я пришел один? Так это не так! Или так? Мне слишком хорошо, чтобы расстраиваться из-за тебя. Блин, да ты меня бесишь. И всегда бесил».
Курт поправил выбившиеся из укладки пряди и повернулся к Адаму, одаривая его пьяным, но надменным взглядом. Люди часто самоутверждаются, унижая других. Курт никогда и никому со школы не позволял так обращаться с собой. Даже если он был неправ в их отношениях, это не давало Адаму права попрекать его спустя год. В любом конфликте всегда виноваты двое, тем более, что «тут еще как есть, на что смотреть».
– Я бы с тобой не согласился, – Курт прищурился и усмехнулся, качнув головой. – Хоть ты никогда не прислушивался к моим советам, можешь наблюдать и набираться опыта, тебе он пригодится, поверь, я знаю, о чем говорю.
Курт прыснул от смеха, вмиг теряя серьезность: все-таки алкоголь знатно сказался на его поведении. «Плевать!».
– Пойдем еще выпьем, – шепнул он, наклонившись к Блейну, касаясь губами его щеки, и, больше не глядя на Адама, потянул того в сторону бара. «Тебе больше нет места в моей жизни, никогда не было... О! Это что, виски у официанта?!». – Хэй, подождите!
За эти пару минут разговора Адама и Курта, Блейн несколько раз успел сменить своей настроение от веселья до желания разбить Адаму лицо. Но теперь, когда Курт оттащил его в сторону и совершенно очевидно вновь забыл о бывшем, Блейн смог спокойно выдохнуть. Драться на чужой вечеринке он не планировал, да и повода тоже не было. Едва ли Адам хотел вернуть Курта, просто взыграли былые обиды и, наверное, некоторое чувство собственности. Курт же, хотя и очаровательно похвастался Блейном, тоже не имел больше никаких теплых чувств к Адаму, и вот это грело уже Андерсона.
– Курт... – протянул Блейн, глядя на то, как Курт в два глотка опрокинул порцию виски и облизал губы, которые наверняка уже начали неметь от опьянения. – Я хочу поехать к тебе, – продолжил Блейн, проводя пальцами по пуговкам на рубашке и расстегивая еще одну, чтобы наклониться и поцеловать открывшуюся ключицу парня, придерживая его второй рукой за талию. На всякий случай.
Он действительно хотел к Курту и действительно хотел секса, но помимо этого он понял, что Хаммел уже откровенно перебрал, и Блейн, как настоящий джентльмен, хотел уберечь его от воскресных страданий в виде сушняка, головной боли, тошноты и ломоты во всем теле.
– Давай сбежим? Надеюсь, никто не обидится... – прошептал он, поднимаясь поцелуями по немного влажной от пота шее Курта и прихватывая мочку его уха зубами.
– Мы сбегаем, – выдохнул Курт, запрокидывая голову назад и обнимая Блейна за шею. «Прямо сейчас. Только ты и я. Черт, мы можем заняться сексом хоть на заднем сидении такси... Чуть ниже, Блейн, под самым ухом... Да!». Курт простонал от касания губ к чувствительному месту и даже не заметил, как пустой бокал выскользнул у него между пальцев. В доли секунд стекло с звоном коснулось пола и несколькими десятками осколков разлетелось в разные стороны. Несмотря на музыку, взгляды всех вокруг стали устремлены на хихикающего Курта и глубоко вздохнувшего, уткнувшись ему в шею, Блейна. «Упс!». – А вот теперь точно сбегаем.
Курт закусил нижнюю губу, сдерживая смех и, пошатываясь, двинулся в сторону выхода, утягивая Блейна за тобой. Было удивительным то, что у Курта не заплетались ноги; перед глазами все плыло, но сам он себе казался эталоном безудержности веселья. Самое главное в этой ночи было еще впереди, а Курт с трудом удерживал глаза открытыми. Он был перевозбужден и пьян, а планы на то, как они с Блейн опробуют все горизонтальные поверхности в квартире, были единственными четкими образами в голове.
Блейн открыл дверь у одной из многочисленных желтых машин под клубом и первым делом запустил внутрь Курта, а затем забрался сам. Несмотря на то что Хаммел был явно пьян, адрес свой назвать он додумался, так что Блейну осталось только скользнуть рукой по его талии и притянуть к себе, в который раз за вечер прижимаясь губами к шее парня, к его уху, скуле и виску.
– Не могу дождаться, когда мы доберемся до твоей квартиры... – прошептал он, опуская руку по животу Курта вниз и, убедившись, что водитель показательно не обращает на них внимания, накрыл ладонью пах юноши, поглаживая большим пальцем головку. – Нам долго ехать?
– Минут двадцать, сейчас нет пробок, – Курт облокотился затылком о спинку сидения и приподнял бедра, подстраиваясь под ласкающее движение руки Блейна.
Он чувствовал, как отключается от реальности, и только прикосновения Блейна заставляли кровь в венах ускоряться, а возбуждение в сотый раз за вечер брать верх. «Надо было уезжать после первого поцелуя. Боже, сожми пальцы сильнее... Давай. Блять!». Курт толкнулся членом между пальцами Блейна. Одежда раздражала, на таксиста было плевать. Сохраняя грацию, на которую он был способен в пьяном состоянии, Курт перекинул ногу через бедро Блейна, усаживаясь сверху и тут же прижимаясь к его губам. Блейн успел поймать взгляд водителя в зеркало заднего вида как раз за секунду до того, как лицо Курта закрыло все. Не отвечать на поцелуи парня он не мог, да и сам был не особенно трезв, чтобы усмирить Курта или держать себя в руках. Так что, он скользнул руками по его ягодицам и вжал в свой пах, принимаясь легонько потираться о него, скорее растягивая удовольствие и показывая, что ждет их обоих, чем пытаясь привести к оргазму.
– Интересно, за это могут оштрафовать? – поинтересовался Блейн, оторвавшись от губ Курта и просовывая руку между их телами только для того, чтобы снова провести пальцами по его члену, на этот раз вверх, и попытаться засунуть ладонь под ремень.
Черт бы побрал слишком узкие брюки Курта, слишком облегающее белье и рубашку, которая была заправлена внутрь. Блейну до безумия хотелось коснуться, наконец, его голого члена, и он был в шаге от того, чтобы начать раздевать Курта прямо здесь.
– Думаю, тогда я буду готов заплатить любую сумму, чтобы нас скорее отпустили домой, – пробубнил Курт, слишком увлеченный выцеловыванием шеи Блейна, чтобы что–то говорить или думать на отвлеченные темы. Он облизывал и посасывал его кожу, толкался бедрами вперед и был заведен уже несколько часов. «Не отвлекайся».
Курт просунул руки под пиджак Блейна, оглаживая его бока и спускаясь пальцами к животу. Член ныл от возбуждения и даже лишать его легкого трения казалось наказанием, если бы Курт отстранился, чтобы расстегнуть ремень Блейна. Таксист, который явно не хотел наблюдать за происходящим на заднем сидении машины, все равно поглядывал в зеркало заднего вида, к его шоку успев заметить то, как пальцы Блейна сжимали ягодицы Курта, пока тот с каждой секундой все ритмичнее начинал толкаться бедрами. Пусть они и не добивались этого, но таксист увеличил скорость, а Курт уже расстегивал рубашку Блейна, прикусывая его ключицы и постанывая от удовольствия. До дома им оставалось проехать шесть кварталов.
– На месте! – слишком уж громко объявил водитель, как только автомобиль остановился.
Блейн откинул голову назад и шумно выдохнул. Он только что успел расстегнуть рубашку Курта и сжал его сосок пальцами, заставляя парня застонать настолько громко, что даже тот факт, что он все еще целовал его шею, не помог заглушить звук.
– Спасибо... – пробормотал Блейн, вытащил из внутреннего кармана купюру и отдал ее водителю, не сомневаясь, что этого хватит с головой, включая все его потраченные нервы, и открыл дверь, бережно придерживая Курта за задницу, пока тот вылезал.
Выйдя следом, Блейн захлопнул дверь и прижался к Курту со спины, целуя его затылок и стаскивая рубашку с плеча прямо на улице, чтобы прикусить нежную кожу:
– Только не говори, что нам еще ехать на лифте... – застонал он, заметив высоту здания. – Я трахну тебя прямо в нем и без смазки!
– Девятнадцатый этаж, я рассчитываю на более долгий секс, чем три минуты. На всю оставшуюся ночь, – Курт игриво улыбнулся Блейну.
Его рубашка соскользнула до предплечья, а прошедшие мимо женщины пятидесяти лет громко охнули. «Вот именно, нечего в вашем возрасте разгуливать по улицам в три часа ночи. Или сколько там сейчас?.. Черт! Блейн...». Курт перехватил руки Блейна, поглаживающие его живот, и опустил их ниже к брюкам, прижимаясь к нему задницей:
– Пошли. Я не могу больше ждать.
Консьерж приподнял брови над очками, проводив Курта с Блейном взглядом, а завтра в его голосе явно будут двусмысленные нотки даже в простом «Доброе утро, мистер Хаммел». Курт прижался спиной к стене, уже нажав на кнопку вызова лифта, и притянул Блейна к себе, буквально сталкивая их губы. «Невозможно быть таким охуенным». Последняя пуговица на рубашке Блейна была расстегнута, когда створки лифта разъехались, а его пиджак так и остался лежать на полу первого этажа, когда двери закрылись. Может быть, если бы Блейн просто мирно стоял, поездка показалась бы ему ужасно длинной. Но за эти несколько минут он успел искусать в который раз всю шею Курта, усадил его к себе на бедра и выдрал рубашку из брюк, не заботясь о неприятном для слуха треске ткани. Когда дверь открылась, впрочем, ему пришлось оторваться от Курта и опустить его на пол, потому что ключи были у Хаммела и открывать придется ему и как можно быстрее, потому что Андерсон был на грани того, чтобы прижать парня грудью к входной двери и заняться сексом прямо на месте. Ох, сколько же за вечер было этих «прямо здесь».
Ввалившись в квартиру, Блейн не стал тратить время на разглядывание обстановки и вместо этого окончательно сорвал рубашку с Курта, отбрасывая ее в сторону, и провел пальцами по обнаженной груди Курта, отмечая, какая гладкая у него кожа и какая потрясающая в целом фигура.
– Где здесь спальня? – выдохнул Блейн, скользя пальцами по ремню Курта и быстро расстегивая его, чтобы добраться до члена.
– Налево по коридору, последняя дверь, – Курт скинул с ног ботинки, чтобы брюки свободно можно было оставить на полу по дороге в спальню, и, будучи серьезно настроенным остаться с Блейном на равных по количеству одежды - то есть вообще без нее - тоже принялся расправляться с его брюками, намеренно задевая требующий контакта член. «Кто, блин, придумал эти ремни, к черту, никогда в жизни больше не буду их носить».
Их руки путались между собой, желая докоснуться до как можно большего количества участков тел друг друга, они запинались об откинутую в сторону одежду, отпинывая ее еще дальше, а Курт вовсе еле стоял на ногах, то и дело опираясь спиной на стену в коридоре или прислоняясь к двум стоявшим там столам. Они целовались, оставляли следы на шеях и плечах, укусы багровели в следующую же секунду после сжатия зубов на коже. Наконец-то Курт перешагнул через свои брюки, рукой открывая дверь в спальню, и громко простонал, когда пальцы Блейна сомкнулись вокруг его члена через тонкую ткань белья. Он не остался в долгу, запуская руку в его боксеры и уже чувствуя выступившую на головке смазку. «Я хочу, чтобы ты был внутри меня. Сейчас». Прекраснее сильной, широкой ладони обхватывающей член, могли были быть только губы, сомкнувшиеся вокруг него, или член, постепенно проталкивающийся в задницу, а потом резко входящий на всю длину с пошлым шлепком. Курт сделал шаг назад, не переставая посасывать нижнюю губу Блейна и ритмично двигая рукой на его члене, второй стаскивая вниз боксеры. Блейн негромко застонал от сжавшихся сильнее пальцев Курта на своем члене, но был вынужден оторвать того от этого увлекательного занятия, чтобы подхватить на руки и уложить на кровать, что как раз стояла за его спиной. Постель оказалась расправлена, Блейн бы обязательно посмеялся над тем, какой Курт Хаммел несобранный, но сейчас он был только рад этому, нависая сверху над парнем и покрывая короткими поцелуями его плечи и грудь, обхватывая губами маленькие соски и немного сжимая их зубами, пока не затвердеют.
У него в брюках был презерватив, но брюки остались где-то далеко позади, так что оставалось надеяться, что у Курта, как и большинства людей, все необходимое будет в тумбе у кровати. Спасибо алкоголю, он притупил укол ревности от мыслей о том, что кто-то уже был на этом месте с Куртом, и Блейн просто снова закрыл глаза и прижался губами к губам парня, стаскивая с него боксеры до середины бедра и обхватывая горячий член ладонью.
– В левой или правой тумбе? – тихо спросил он, оторвавшись от поцелуя и пытаясь поймать затуманившийся то ли от страсти, то ли от алкоголя взгляд Курта.
– В ванной, – ответил Курт, ерзая головой по подушке и устраивая ее удобнее; он неспешно приподнимал бедра, дыша через рот и вглядываясь в едва видное из-за полумрака лицо Блейна. Глаза так и норовили прикрыться, а по телу стала разливаться блаженная расслабленность, поддерживаемая медленными движениями руки Блейна на его члене. – Там, на второй полке сверху... – «Кажется, я не помню».
Курт провел рукой от плеча Блейна к его локтю и мягко улыбнулся, выдыхая чуть громче, когда тот надавил большим пальцем на уздечку. «Как же хорошо...». Блейн вздохнул, коротко чмокнул Курта в губы, отстранился и нежно провел напоследок ладонями по животу и бедрам парня, предвкушая грядущее удовольствие, прежде чем вскочить с кровати.
– Я быстро, – предупредил он, – не вздумай себя касаться, ясно? Это все мое.
Не удержавшись, он снова нагнулся, нежно целуя Курта в губы, и только после этого развернулся, направляясь в ванную комнату, надеясь, что не потеряется и что у Курта нет сто одной полочки и баночки, в которых Блейну придется долго и мучительно искать пачку презервативов и смазку. Курт же проводил его взглядом и глубоко вздохнул. Он согнул ноги, стаскивая с себя боксеры до конца, а потом провел рукой по груди, так и не коснувшись члена. В крови больше не бурлил адреналин от алкоголя, затянувшееся возбуждение разнежило тело, тогда Курт закрыл глаза, поворачивая голову в бок. Он подложил руку под щеку и облизнул припухшие губы. Ему было слишком хорошо, чтобы отдавать себе отчет. Все окончательно потемнело перед глазами, когда тихий выдох преобразовался в имя Блейна перед тем, как Курт потерял счет времени и перестал слышать доносящийся из коридора шум.
– Нашел! – радостно воскликнул Блейн спустя минут пять, не меньше, поисков по действительно многочисленным ящикам и полкам в ванной.
Глядя на Курта, можно было предположить, что тот следит за собой и его ванная комната окажется заполнена средствами по уходу за кожей лица, тела и волосами. Но уж чего Блейн не предполагал, так это то, что найдет злополучные презервативы вместе со смазкой, примотанной к ним, как и продавалось в супермаркете. Это не могло не радовать собственника в Блейне, Но более удивительным было то, что нашел он их в ящике с какими-то ароматическими солями для ванны. Не вдаваясь в детали, Андерсон вытащил находку с победным криком и направился обратно в спальню, по пути раздирая клейкую ленту и отделяя тюбик от коробки.
– Меня радует, что они не стоят у тебя под рукой, но прятать их так, вроде тебе четырнадцать и у тебя строгая мама тоже как–то не очень... – со смешком заметил он, останавливаясь перед кроватью, и поднял, наконец, глаза от коробочки, глядя на Курта, который не подавал признаки жизни. – Да ну ладно... – протянул Блейн, отбрасывая и смазку и презервативы в угол кровати и опускаясь на колени рядом с Куртом. – Ну, нет. Ты не мог уснуть. Я что, был настолько плох? Или я все же не уследил, и ты перебрал? Ну, Курт!
Блейн обиженно надул губы и скользнул рукой по щеке юноши, попытавшись повернуть его лицом к себе, но безуспешно. Курт приоткрыл рот и вытянул обе ноги, пошарив рукой в воздухе в поиске одеяла, судя по всему. Лицо было совершенно безмятежным, тело – расслабленным, а член – мягким. Курт благополучно уснул.
– Ну ты и засранец, Хаммел, – со вздохом заметил Блейн и подтянул одеяло, накрывая им парня по плечи и проводя пальцами по его волосам, убирая упавшие на лоб прядки.
Несколько минут Блейн так и сидел, просто глядя на Курта, который казался сейчас совсем мальчишкой. Не было ни обиды, ни раздражения. Странная нежность окутывала тело, заставив Блейна наклониться и мягко поцеловать расслабленные губы. Поднявшись с кровати, Блейн направился на кухню, в холодильнике взял бутылку минералки и поставил ее на тумбочку возле Курта. Он мог бы уехать сейчас, просто одеться и вызвать такси, но делать этого не хотелось. Решив, что Курт не будет зол, Блейн опустился на кровать рядом с парнем, забрался под одеяло и, подумав, даже обнял со спины как раз удобно свернувшегося в калачик Курта. Завтра, в конце концов, для них наступит только спустя несколько часов.
– Спокойной ночи, – шепнул он и коротко чмокнул Курта между лопаток, прекрасно понимая, что его не слышат.