Каждый шаг Курта отдавался глухим стуком в его голове.Только не опускай голову, только не давай им повода смеяться над тобой. Хаммел изо всех сил старался держать подбородок высоко, пока шел до своего кабинета. Почему он так далеко, черт возьми?!
Стоило ему переступить порог кабинета, Курт выдохнул, прижимаясь спиной к двери. Как он мог быть таким идиотом? Как он мог так обмануться? Как он мог перестать быть бдительным и расслабиться? Именно поэтому нельзя иметь ничего общего с коллегами. Именно поэтому нельзя влюбляться в конкурентов. Именно из-за того, что сердце Курта сейчас было разбито, а сам Хаммел едва мог дышать из-за невыплаканных слез.
«Прости, Курт, но Блейн гений и в очередной раз это доказал». Гений. Курт бы никогда не смог так растоптать чьи-то чувства, наплевать в душу, а потом с улыбкой танцевать на костях. Только гений Блейн Андерсон на это способен. Только идиот Курт Хаммел мог на это повестись. Курт мог бы в два счета доказать, что это его папка, его идеи и его наработки. Но ведь Блейн так старался, не хотелось бы, чтобы все его старания прошли даром. Пусть забирает проект. Забирает его кабинет. Пусть забирает все, что ему нужно, только вернет сердце Курта, которое тот так опрометчиво отдал вчера ночью. Курта и до этого предавали, обманывали, подсиживали конкуренты, но никогда это не было так больно.
Нужно просто выдохнуть и поехать домой. Нужно просто пережить это. Отпустить.
Выдохнув, Курт открыл глаза и заметил два стаканчика с кофе, о которых он просил Блейна утром в записке. Он оставил его одного в своей квартире. Он был так поглощен этим мужчиной, что не заметил, как тот утащил его папку. Блейн просто замылил ему глаза, нашел его слабое место и изо всех сил надавил в нужный момент, чтобы Курт сломался. И он сломался. Блейн наверняка понимал, что дело будет вовсе не в той глупой папке и не в тех идеях. Дело будет в том, что Курт будет настолько разбит и морально уничтожен, что просто уйдет, сбежит, и оставит ему место. Что ж, стоило признать, что это было красиво. Какая искусная месть. Каждый шаг выверен, просчитан. А как убедительно сыграно! Буквально до последнего акта! Даже во время финальных аплодисментов Блейн продолжал играть непонимание для Джозефины и даже Сэма, вероятно. Не хотелось бы думать, что Мерседес пригрела на груди еще одну змею. Боже, как же мерзко все это было.
Собрав все нужные документы со стола, Курт положил их в свою сумку, желая сбежать как можно скорее. Нужно просто выйти на воздух. Нужно просто вынуть нож из спины и залечить рану. Да, долго. Да, мучительно больно. Но это нужно сделать.
На выходе из кабинета Курт, конечно абсолютно случайно, зацепил стаканчик с кофе, заставляя жидкость медленно поползти по столу, прямо как яд «Блейн Андерсон» медленно расходился под кожей Курта.
— Мистер Хаммел, — произнесла рыжая девушка, стоило Курту сделать шаг из кабинета. Он остановил ее взмахом руки и прочистил горло.
— Все вопросы к мистеру Андерсону, — произнес Курт, поднимая голову и направляясь к выходу. Нужно просто выйти на воздух и будет немножечко легче. Подальше отсюда, где все было пропитано тем мужчиной.
На парковке он сразу заметил машину Блейна. Первым желанием было нацарапать на капоте что-то в стиле «Мудак!» или разбить лобовое стекло, но Курт был взрослым человеком, и они не в старшей школе. Поэтому Хаммел просто прошел мимо, бросая вещи в собственную машину и присаживаясь за руль. Он выдохнул, прикрывая глаза, и, наконец, позволяя слезам спуститься по щекам, обжигая теплыми дорожками бледную кожу. Он мог позволить себе пару минут слабости, но не больше. Не тут, во всяком случае.
Добравшись до дома, Хаммел бросил ключи на тумбочку, и сразу вспомнил о том, что вторая пара теперь у Блейна. Нужно будет сменить замки на случай, если Блейн захочет зафиксировать свою победу и приведет кого-то к нему. Нет, это слишком жестоко. Хотя, Блейн Андерсон, кажется, ничем не гнушался…
Все в квартире напоминало о вчерашнем вечере, о том, какой Курт идиот, кретин, и просто наивная девчонка. Цветы, свечи, вещи Блейна, на кухне было видно, как хозяйничал Блейн, пока Хаммела не было. Сейчас, когда рядом не было пытливых взглядов сотрудников, Курт мог отпустить себя, мог не скрывать то, что он чувствует. То, что его сердце разбито, а ему снова придется собирать его по кускам. Одному.
— Идиот, — сдавленно выдохнул Курт, оглядываясь в собственной квартире, как будто он был здесь в первый раз. — Кретин. Придурок. Идиот, — бубнил Хаммел, скидывая с себя пиджак и устало падая на диван. Ему нужно всего пару дней на то, чтобы прийти в себя. Пару дней не видеть, не слышать, не чувствовать. Но в квартире все словно давало Курту смачную пощечину, заставляя задыхаться от собственной беспомощности, боли и слез. Он в очередной раз доверился человеку, а его предали, растоптали, уничтожили. Хаммел как глупый мотылек, что подлетел слишком близко к огню, теперь страдал от обожженных крыльев. От обожженного сердца.
«Мне так хорошо с тобой». Курт почувствовал себя мерзко и грязно, взглянув на постель, которую Блейн так учтиво не стал заправлять. Он сразу отправился в душ, стараясь смыть с себя эту грязь, это предательство. Курт вместе с кожей сдирал свою душевную боль.
Выбравшись из душа, он, наконец, смог взять себя в руки, и принялся собирать вещи. Ему нужно отвлечься. Нужно расслабиться. Нужно увидеть друзей и родных. Нужно отдохнуть. Нужно просто уйти от этих проблем. От Блейна.
Забронировав билет на самолет, Хаммел закрыл дверь и поехал в аэропорт. Он разберется со всем этим позже. Сейчас он просто хотел домой, к отцу, который, наверняка поможет ему чувствовать себя лучше.

Курт покинул кабинет, а Блейн все так же продолжал смотреть ему вслед еще пару секунд, пытаясь понять, какого черта вообще произошло. Еще ночью все было идеально, Курт мысленно признался ему в любви, и они планировали совместную поездку на свадьбу друзей Курта. Так что произошло? И почему, черт подери, он больше не слышал мысли Курта?
— Что произошло? — поинтересовался он, обернувшись к опешевшей начальнице и окончательно сбитому с толку Сэму.
— Эванс принес мне эту папку. Он сказал, что ты по каким-то причинам не решаешься принести мне ее сам, так что он сделал это за тебя.
— Я думал, что ты влюбился в Курта и не хочешь портить с ним отношения, отобрав проект. Но эти идеи очень хороши, так что я решил, что…
— Это папка Курта, боже. Я просто взял ее к себе в кабинет, чтобы почитать. Сэм, я тысячу раз просил тебя если не думать, прежде чем что-то делать, то хотя бы спрашивать у меня!
Блейн был готов рвать и метать, но, конечно, не мог делать этого при Джозефине. Та, к тому же, и так стояла в шоке. Восхитительная ситуация. Просто потрясающая. Ничего более абсурдного в своей жизни Блейн вообще не мог вспомнить.
— Мисс Шарп, я поговорю с Куртом, и все ему объясню, — со вздохом проговорил он, мысленно подсчитывая, как далеко мог тот успеть добежать.
— Нет, это моя вина, Блейн. Я ни в чем не разобралась, поверила этому!..
— Простите, — пискнул Сэм, понимая, что сейчас посыпется со всех сторон. И не зря.
— Он не берет трубку. Вероятно, ему нужно время прийти в себя. Пожалуйста, успокой его и попроси связаться со мной. Я должна извиниться, — Джозефина вздохнула и положила телефон на стол, отодвигая чашку в сторону и даже не глядя теперь в сторону той папки.
Блейн рассеянно кивнул и вышел из кабинета, забыв даже о том, что он хотел порвать Сэма на маленькие части и отправить в корзинке его прекрасной девушке.
В конце концов, если так уж разобраться, во всей этой глупой ситуации самым худшим было то, что Курт, как ребенок, просто наговорил ему гадостей и сбежал, даже не разобравшись в ситуации. Конечно, Блейн рассчитывал, что они смогут поговорить сейчас, но его надежды разбились о камни реальности, когда в кабинете Курта он нашел только разлитый по столу кофе и тишину. Значит, он был тут, разлил кофе, и сбежал. Вероятно. Вероятно, ему нужно было успокоиться. Еще бы, столько ерунды надумать в считанные минуты! Боже, Блейн даже был обижен и немного зол. Как можно было говорить (ладно, почти говорить) человеку, что ты влюблен в него, но на деле показывать такую глубокую степень недоверия? Он мог бы просто спросить у Блейна и все! Позвонить ему сразу и уточнить. Или спросить в кабинете. Или дождаться тут. Или написать смс. Но нет, королева драмы сбежал, и не собирался выходить на контакт, судя по тому, что уже четвертый звонок от Блейна оставался без ответа. Господи, как сложно!

Блейну, конечно, нужно было работать, но он очень сильно сомневался, что у него получится. В итоге он вернулся в свой кабинет, провел там полчаса от силы, бездумно щелкая по вкладкам на компьютере, а затем собрал вещи и отправился к выходу. К счастью, Сэм надежно спрятался, чтобы не попасть в немилость друга, а Джозефина едва ли бы сейчас сказала хоть слово против того, чтобы Блейн ушел.
Он выехал из офиса и собирался поехать к себе, но все-таки свернул в сторону квартиры Курта. Он ведь не был истеричкой, он мог и поговорить с человеком нормально и все ему объяснить. Вот только в квартире Курта тоже было пусто, а Блейн зря так нервничал у двери. Черт, он же и правда нервничал, он правда волновался, переживал. И из-за чего, если он ни в чем не был виноват?!
— Восхитительно, — проговорил он вслух, проходя внутрь и видя, что Курт явно куда-то собирался. Очевидно, он вспомнил о ключах, что были у Блейна. И, очевидно, он был такой великолепной королевой драмы, что сбегал в буквальном смысле и достаточно далеко, чтобы его нельзя было достать так скоро.
А был ли он вообще влюблен, если так легко бросил и все перечеркнул, не разобравшись? Не остановился, не задумался, не попытался ничего выяснить. Что было сильнее: страх Курта, что его обманули и использовали, или его эгоизм и нежелание выслушать другого человека и поверить ему?
Настроение было откровенно отвратительным. Еще вчера он был счастливым влюбленным мужчиной с особенным, хоть и невероятным даром. Он мечтал о Курте, об их свидании, и даже о чертовом будущем. А что он имел сегодня? Только пустоту в чужой квартире.
Блейн вышел из дома Курта, закрыл его, а ключи бросил в ящик для писем. Если уж Курт не хочет общаться с ним так категорично и показательно, то с чего бы Блейну, который, черт подери, ничего плохого не сделал, продолжать за ним бегать?! К черту.

Жаль только, что сказать было проще, чем сделать. Он вернулся в отель, просидел там час, а затем не выдержал и вернулся на работу. Сердце, которое прежде исправно было занято основным и единственным своим делом, теперь отвратительно ныло и словно не находило себе места в грудной клетке. Неужели это и есть душевная боль, о которой слагали стихи и песни? Неужели он правда влюбился? Неужели Курт вот так просто послал его к чертовой матери и не планировал видеть никогда больше? А что, если это правда конец? Блейну было наплевать на взгляды, наплевать на шепот по сторонам. Ему не интересна была длина юбки Стефани, и его не волновало, как хорошо облегали брюки задницу Томаса. Все, чего ему хотелось — это увидеть Курта. Правда, он еще не решил: чтобы высказать ему все, что он думал сейчас, или чтобы обнять.
Ему было больно. И плохо. И впервые за долгие годы это не было связано с болезнью или похмельем. Как смог он допустить, чтобы Курт Хаммел и правда завладел его сердцем, и, сбежав, забрал его вместе с собой?
Блейн промучался на работе почти до шести часов, а потом отправился в место, где его душа обычно успокаивалась — в бар. Ну как сказать успокаивалась… Во всяком случае, алкоголь неплохо заглушал разного рода чувства, что возникали у него внутри на протяжение многих лет, так что пойти туда и сейчас казалось не такой уж плохой идеей.
Жаль только, что даже алкоголь отказывался работать так, как надо. Вместо того, чтобы превратить Блейна в веселого и привлекательного, равнодушно-милого и дружелюбного, как бывало всегда, он словно еще сильнее прибил его к земле. Курт-Курт-Курт. Его мысленно бросало из крайности в крайность. То он был так зол, что хотел позвонить Курту в сто тысячный раз и наговорить гадостей. А то он чувствовал себя таким одиноким и несчастным, что согласен был на коленях ползать и просить прощения за то, чего не делал, лишь бы только Курт был рядом.
Ужасно. Отвратительно. Вот что влюбленность делала с людьми. И что в ней хорошего? Это боль и слабость. Это уязвимость. Он почти открылся, он доверился, он влюбился, а его выкинули, как нашкодившего у двери щенка, не задавая вопросов и не желая слушать.
Даже если алкоголь не дал привычной легкости, он все равно опьянял, так что Блейн, вышедший через пару часов на перекур, немного придерживался за стенку, рискуя оступиться и шлепнуться на пол.
— И снова ты пьян… — услышал он смутно знакомый голос и быстро обернулся.
— Ты?! Я искал тебя! Где ты был?!
— Я знаю, — старик улыбнулся и пожал плечами. — Угостишь сигареткой?
— Да. Но я не понимаю…
— Я знаю, что ты ничего не понимаешь, — тот взял сигарету и подкурил, правда Блейн так и не понял, где он взял зажигалку, и была ли она вообще. — Но ты и не должен. Не все вещи в этом мире можно понять. Иногда что-то нужно принять.
Блейн нахмурился, хотел было что-то сказать, но заткнулся. Если в прошлый раз ему хотелось тереть свои глаза или громко смеяться, то теперь, после всего случившегося за эти дни, он смеяться передумал.
— Почему я перестал слышать его мысли сегодня утром? — решил прямо спросить Блейн, понимая, что старик все знает, и предпочитая не думать, откуда именно.
— Вот это вот правильный вопрос. Но ты и сам знаешь на него ответ.
— Боже, ну что ты начинаешь!
— Ничего я не начинаю, — тот усмехнулся. — Просто хочу, чтобы ты немного подумал.
— Это из-за того, что он признался мне в любви, пусть и мысленно?
— Именно. А еще из-за того, что и ты тоже влюбился. Хорошо, что ты не решил, что это связано с тем, что вы переспали вчера. Было бы ужасно прозаично.
Блейн закатил глаза, но промолчал.
— Ладно, хорошо, но что мне теперь делать, раз я не слышу его мыслей?
— Я понимаю, что ты пьян, но не ожидал от тебя настолько глупого вопроса. Ты получил тот дар, чтобы узнать Курта Хаммела и понять, чего он хочет. Ты получил все чертовы ключи в свои руки, а теперь жалуешься и не знаешь, что тебе делать? Ты разочаровываешь меня, Блейн.
Андерсон собирался было сказать что-то еще, но мужчина развернулся и направился в тень, а через секунду, буквально через секунду Блейн готов был поспорить, что его там уже не было.
— Ладно, я постараюсь сделать вид, что это не ужасно дико, и я не охренел сейчас от случившегося, — буркнул Блейн, потерев лоб. — Но что мне делать, где искать Курта?..
Говорить с собой — так себе идея, но в этот раз, кажется, Вселенная все еще его слушала. Порыв ветра распахнул его пиджак, и взгляд Блейна упал на светлый бумажный уголок во внутреннем кармане.
Приглашение! На свадьбу! Наверное, Курт уже отправился туда. И он совершенно точно будет там, ведь это его друзья. А раз приглашение у Блейна, то и он может быть там. Достав бумажку, он вгляделся в аккуратный курсив, который отливал золотом в тусклом свете фонаря. Все верно. И адрес, и название заведения. Что ж, дело за малым: купить билет и вылететь в Огайо завтрашним рейсом. Главное сделать это до того, как он отрезвел и снова начал обижаться на Курта. В конце концов, возможно, странный старик прав: он узнал, чего хочет Курт Хаммел. Узнал, чего он стоит. И понял, что он ему нужен. А теперь дело за малым: вернуть его.