Дыхание Гаары участилось, и Неджи закрыл глаза. Надо просто перетерпеть. И раньше приходилось выносить унижение, пусть и не физического плана, так что ему не привыкать смирять гордыню. Он подождет, пока Гаара насытится, а потом навсегда вычеркнет этот день из своей жизни.
Пока он пытался восстановить внутреннюю гармонию, его перевернули на живот, не говоря ни слова. Так и надо! Одежда, кстати, превратилась в груду лоскутов, придется как-то ухитриться вернуться к себе незамеченным. Или пережить еще одну порцию позора. Может, хоть этот раз его чему-нибудь научит.
Хорошо, что в рюкзаке есть сменная одежда. Неджи переживал, чтобы не ударить в грязь лицом перед "песочниками", поэтому захватил парный комплект на случай, если что-то будет испорчено в пути. Теперь он пригодится, и прямо на рассвете… О, нет! Он же глава делегации Листьев, он не может так просто уйти. Это будет расценено, как оскорбление. Черт!
Неджи в сердцах ударил кулаком по подушке. Гаара, видимо, соотнес это со своими действиями.
– Расслабься, – сказал он. – Я же не насиловать тебя собираюсь.
"Серьезно? А как же это еще можно назвать? Он же прекрасно знает, что я не хочу, и все равно делает…"
Гаара, наконец, снова прикоснулся к нему: провел рукой по спине, понуждая прогнуться, обнял за талию, прижался. Неджи ощущал слабые отголоски возбуждения, чувствуя его член между своих раздвинутых ног. Гаара чуть толкнулся, задев головкой яички. Неджи не хотел удовольствия, это должно быть наказанием.
Гаара будто услышал его мысли. Или посчитал, что для предварительных ласк сделал достаточно. Он выпрямился, сжал ладонями его бедра, раздвинул…
"Нет, нет! Это же… Прямо как я тогда…" Неджи уткнулся в судорожно стиснутые кулаки, стараясь не дать воли сердитым беспомощным слезам.
Он пытался избавиться от своей одержимости. В одной из удаленных от Конохи миссий пошел в публичный дом и снял парня-проститутку. Неджи просто хотел спастись от синеглазого наваждения, только поэтому. Тогда он еще слабо представлял, что нужно делать, ему и в голову не пришло попытаться доставить удовольствие партнеру. Он отымел его, практически полностью повторив скупые прикосновения Гаары. Неджи Хьюга – первая шлюха господина Казекаге! Это стоит занести в список личных достижений.
Ему было не слишком больно, но и никакого наслаждения не было. Гаара трахал его механическими движениями, как будто выполнял монотонную работу. Только прерывистое дыхание и редкие вскрики доказывали, что он получает от секса удовольствие. Когда он застонал и уткнулся Неджи между лопаток, тот, чувствуя на коже чужой пот, захотел развернуться и посильнее врезать Повелителю Песка – и будь, что будет! Но он, конечно же, так не поступил.
Боль пришла, когда Гаара вышел из него. Неджи распластался на разоренном ложе, спрятав пылающее от стыда лицо в складках мятого покрывала. Он чувствовал себя использованным, и доводы логики ничего не могли с этим поделать. Если Казекаге так нравятся безучастные куклы в постели, то почему бы не попросить Канкуро смастерить подходящую марионетку? Песок будет трахать деревяшку – и все счастливы! Неджи понимал, что скатывается в позорную истерику, и от очередного девчачьего поступка становилось еще горше.
Гаара дотронулся до его ягодиц. Неджи вздрогнул и попытался отстраниться. Еще раз?
– Не бойся, – в очередной раз прозвучали ненавистные слова. – Это лечебный бальзам. Потерпи немного, скоро боль уйдет. На себе я, конечно, не пробовал, но должно помочь.
Прохладная субстанция сняла жжение и переключила мысли на нелогичную заботливость. Он, скорее, ожидал, что будет выставлен из хозяйских покоев в чем мать родила. И снова правитель Суны рушил стереотипы, поступая, с точки зрения Неджи, вопреки своей природе.
Гаара развернул его к себе, для разнообразия воспользовавшись рукой, а не песком, всмотрелся в покрасневшее лицо:
– Я хочу, чтобы ты сегодня остался здесь. – "О, это уже больше на него похоже. Он, видите ли, хочет! Желания покорного вассала никого не интересуют". – Спи, Неджи Хьюга.
И Неджи послушно уснул.