– Наруто рассказал, что это ты научил его, как меня вылечить. Я – твой должник.

Саске произнес это так, будто до этого они вели беседу, а не летели несколько часов в напряженном молчании. Неджи подумал, что "вылечить" – не совсем точное определение, больше подошло бы "вытащить с того света", но оставил свое мнение при себе.

– Спасать членов своей команды – долг начальника экспедиции. Ты не должен чувствовать себя обязанным.

– Я не стал бы рисковать здоровьем друга ради человека, которому не доверяю. – У Учихи есть друзья? Какой сюрприз! – И я не вхожу в число твоих подчиненных.

– Зачем же ты отправился с нами?

Саске проигнорировал вопрос. Впрочем, ответ был очевиден. Наруто. Но было бы забавно, если б Учиха признался, что весь изошелся от ревности к Гааре. Неджи старательно пренебрегал тем фактом, что сам безнадежно ревнует. Он оглянулся на Шикамару, который сделал вид, что вспарывает себе живот. Неджи так и не понял, к чему относился этот жест.

На исходе шестого часа резь в глазах стала нестерпимой. Он замедлил ход, массируя виски.

– Вы можете некоторое время повести меня за руки? Я не хочу задерживать остальных.

Они остановились, и Рок Ли немедленно нагнал их:

– Что случилось?

– Неджи переутомился, – ответил Шикамару, игнорируя сердитый взгляд. – Отдохните пару минут, и мы отправимся дальше.

Неджи достал широкую ленту, пропитанную успокаивающим настоем, и завязал глаза. Он ненавидел эту вещь – символ головной боли и невыносимого зуда под веками. Его бьякуган был мощнее, чем у Хинаты, но и отдача от него была куда сильнее. Ей, например, повязка и вовсе не требовалась.

– Саске не сможет вести тебя, ему и так придется совмещать разведку и первую реакцию на возможную атаку. Ты будешь только мешать. Разумнее будет пойти в общей группе.

Шино мог бы ему помочь. Во-первых, тогда не надо будет перестраивать команду, а во-вторых, он хотел с ним поговорить. Неджи чувствовал себя почти членом клана Абураме – под кожей вокруг глаз будто ползали жуки, и он хотел бы узнать, нет ли у Шино какого-нибудь рецепта от неприятных ощущений. Он только раскрыл рот, чтобы поделиться своими соображениями, как Шикамару позвал:

– Наруто, иди сюда. Протяни товарищу руку помощи.

Черт с ними, с жуками! Об этом можно и вечером спросить.

– Давай, бери его за правую руку, – Неджи почувствовал теплое прикосновение ладони и опустил голову. С завязанными глазами было сложнее контролировать мимику, а сейчас полагалось испытывать раздражение от собственной беспомощности, но уж никак не переполнявший его восторг. Он так редко прикасался к Наруто, что его взволновал даже небольшой тактильный контакт. А то, что в данный момент он был лишен зрения, добавляло в ощущения пикантную ноту.

– Все, ребята, отдых окончен, двигаемся дальше, – крикнул Шикамару. – Ты уж будь к Неджи повнимательнее, Наруто, он теперь такой беззащитный. А то я просто отключаюсь от недосыпа.

Неджи подумал было, что пользоваться тягой Наруто к опеке слабых недостойно, но тут его крепче взяли под руку, переплетая пальцы. Конечно, этого было недостаточно, но он находился не в том положении, чтобы привередничать. И прикасающийся к нему Наруто был в сотню раз лучше Учихи, поэтому Неджи решил наслаждаться нечаянной близостью и не забивать себе голову пустыми сожалениями.

К вечеру жжение в уголках глаз утихло, и он снял повязку. Следовало признать, что Учиха превосходно справился с задачей. Интересно, а какие у шарингана побочные эффекты? Неджи оторвался от ужина, чтобы посмотреть, не происходит ли с этим отморозком чего-нибудь необычного, и был жестоко покаран за любопытство. Что-то необычное определенно происходило: Наруто отставил миску и скользнул ладонью в глубокий вырез рубашки Учихи.

Случаи, когда Наруто оставлял пищу недоеденной, можно было пересчитать по пальцам одной руки. И причиной, обуславливающей это, чаще всего являлась смертельная опасность. Один раз его из Ичираку за шкирку выволокла Сакура, но это не в счет. А в данную минуту он предпочитает у всех на глазах обжиматься с Учихой?

Неджи игнорировал то, что кроме него сцену вопиющего распутства никто не наблюдал. Саске и Наруто устроились отдельно от всех остальных, и неверный свет костра частично скрывал то, чем они могли бы заниматься. Учиха продолжал есть, не обращая внимания на робкую ласку, а Неджи кипел от возмущения. Как он смеет вести себя так, будто ничего не происходит? Вот если бы Неджи был на его месте, он бы… он бы… Да за одно только безразличное выражение лица Учиху следовало бы убить с особой жестокостью!

Саске неторопливо жевал, но не ощущал вкуса еды. Все его внимание сосредоточилось на левом соске, вокруг которого гуляли нахальные пальцы. Наруто, без сомнения, чувствовал, как бешено колотится его сердце, и знал, насколько напускным является равнодушие. Привычная дилемма "врезать или поцеловать" снова встала во всей своей красе. Вместе с ней встало и кое-что еще, но он упрямо продолжал поддевать лапшу и отправлять в рот. Зачем и перед кем он притворяется, Саске затруднился бы ответить, особенно под жадным взглядом синих глаз. На его памяти Наруто так смотрел только на рамен.

– Саске…

Он нарочно использует этот тон! У Наруто было против него сверхэффективное секретное оружие: стоило ему только назвать его по имени, не просто так, а по-особому, с придыханием, когда голос становился ниже – и все! Саске терял голову, а когда приходил в себя, то снова жалел о том, что не успел раздеться. Да закончится когда-нибудь эта порция или нет?!

Пока Неджи злился на Саске, а Саске – на лапшу, Наруто пребывал в умиротворенном состоянии духа. Под его пальцами была гладкая кожа, на которой не осталось и крохотного шрама от жуткой раны, и это было правильно. Он не хотел, чтобы что-то напоминало о том ужасном дне, когда он из-за своей вспыльчивости чуть было не потерял Саске. Может, когда-нибудь они даже смогут назвать его счастливым…

Безмятежное течение мыслей было грубо прервано: Саске схватил его за руку и потащил за собой в лес. Терпение, которым он никогда особо не отличался по отношению к Наруто, истощилось, и обернувшийся на стук упавшей посуды Киба увидел только, как два силуэта растворяются в вечерних сумерках.

– Разве можно оставлять их одних? А если нападет враг?

Неджи раздраженно передернул плечами:

– Если кто-нибудь хочет пойти покараулить, пока они не намилуются, я мешать не буду. Коль скоро они хотят вести себя, как журавли на току, то пусть будут готовы отвечать за последствия своей безалаберности. Мне надоело с ними нянчиться, и я ложусь спать! Шино, Рок Ли, вы будете дежурить первыми. Все, отбой!

Шикамару укоризненно на него посмотрел, но Неджи был слишком взбешен тем, что вся их бдительность и осторожность пошла насмарку. Голова трещала от перенапряжения, которому он подвергся в течение дня, а эти два озабоченных придурка думали только о себе. Он чуть не разорвал спальник, когда расстилал его. Пока он мучается от боли, Учиха будет удовлетворять свою похоть. Как же люто в тот момент Неджи его ненавидел!