Саске открыл глаза, почувствовав какое-то движение. Увидев склонившегося над Наруто взъерошенного Хьюгу, он дернулся туда, но единственным результатом необдуманного рывка стало сильное головокружение, которое заставило его снова опуститься на дощатый пол.
– Не раскачивай повозку, псих, – сухо бросил Неджи, затягивая последний слой бинтов.
– Что с ним? – спросил Саске, в раздражении от того, что пришлось обращаться с вопросом к Хьюге, но он должен был знать.
– В порядке, – коротко отозвался Неджи, поддерживать разговор с отмороженным ублюдком он не рвался.
Как и предполагалось, Учиха тут же успокоился и улегся обратно, продолжая пристально наблюдать за его действиями, видимо, чтобы Неджи ненароком не покусился на честь Наруто. Вообще-то это имело под собой определенные основания: когда он очистил место ожога от грязи и остатков одежды, то не смог сопротивляться желанию коснуться приоткрытых губ, коротко, потому что тихого "Саа…" хватило, чтобы отбить желание продлить ласку. Очередной украденный поцелуй, предназначенный не ему – привычная горечь металлическим привкусом оседала на языке. Наруто даже в беспамятстве думал только о чертовом предателе.
Неджи поправил подушку под светловолосой головой, удостоверился, что наложенная повязка не сползет и не помешает дыханию, еще раз с болезненной нежностью вгляделся в любимое лицо и повернулся к Учихе, все так же сверлившему его недоверчивым взглядом:
– Сомневаюсь, что тебе это интересно, но все-таки поставлю в известность: ритуал прошел успешно, Ховосо с Исой получили серьезные раны, но остались живы.
– Что за ритуал? – спросил Саске, с удивлением обнаруживая на губах привкус тонизирующей настойки. Неужели это Хьюга позаботился о нем?
– Ритуал запечатывания Даку-Павы, теперь он не опасен, – Неджи слегка улыбнулся откровенному сомнению на бледном лице и начал было пояснять: – Ховосо использовал Врата Погребения…
Саске прервал его, от изумления забыв сдерживать эмоции:
– Они тоже существуют? Черт, да это не миссия, а какое-то собрание оживших мифов и легенд! Не удивлюсь, если под конец выяснится, что где-то неподалеку бродит кицунэ.
– А ко мне явится богиня Каннон и потребует воздвигнуть огромную статую кошки в благодарность за волосы, – Неджи провел рукой по растрепавшимся прядям, свободно ниспадавшим по его плечам, в суматохе событий он потерял ленту.
Губы Учихи стали расползаться в понимающей улыбке, но он быстро пресек этот недостойный мрачного ублюдка порыв и снова придал своему лицу привычное отмороженное выражение. Неджи лишь пожал плечами, он слишком устал, чтобы злиться, и хотел немного расслабиться. Понятно, что Учиха не подходил на эту роль, но выбирать было не из кого: все остальные либо лежали без сознания, либо забились за повозки в священном ужасе и наотрез отказывались приближаться к месту проведения ритуала. Из-за трусости возниц Неджи пришлось самому перетаскивать раненых, промывать раны и накладывать повязки, про себя костеря бесполезных придурков на чем свет стоит.
– Послушай, Учиха… – Саске неохотно повернулся на голос, отрываясь от созерцания Наруто. Неджи удостоверился, что его слова будут услышаны и продолжил: – Я понимаю, что командная работа для тебя – пустой звук, и плевать ты хотел на тот факт, что я старший по званию и твой капитан, поэтому хочу попросить тебя об одном одолжении.
Проигнорировав саркастически вздернутую бровь, Неджи старательно следил за тем, чтоб в его голосе не проскальзывала язвительность, на этот раз слишком многое стояло на кону, чтобы тешить самолюбие мимолетным унижением Учихи:
– Я прошу тебя стать на вахту и проследить за Исой и, в особенности, Ховосо. У него очень глубокая рана на горле из-за активировавшейся печати Верности, он чудом остался жив. Кроме того, он пил какой-то сильный стимулятор, от передозировки которого могут отказать дыхательные пути. Несомненно, ты хочешь поквитаться с ним, но он всего лишь пытался уберечь Ису. Я дважды спасал тебе жизнь, и взамен прошу позаботиться об этих двоих.
– Ты покидаешь миссию?
– Нет, всего лишь иду спать. Я вымотан до предела, даже не могу активировать бьякуган, – он ожидал очередной насмешки или уничижительной реплики, но Учиха оставался до странности спокоен, хотя прежде не упускал случая поддеть его на этот счет.
– У тебя есть восемь часов, – Саске поморщился, садясь, но сразу же расправил плечи. – Иди, я позабочусь… обо всех.
Неджи скользнул взглядом по бесстрастному лицу, коротко кивнул и вышел.
Саске приложил руку к пылающему лбу, проклиная старика с его дурацким дзюцу, и медленно поднялся на четвереньки, чтобы дотянуться до фляжки с водой. Он чуть не поперхнулся тепловатой жидкостью, неожиданно услышав хриплое: "Дай мне тоже". Вытерев рот, он посмотрел на Наруто, встречаясь взглядом с затуманенными синими глазами, и протянул ему фляжку, пытаясь проглотить вдруг возникший в горле комок.
Опершись на локоть, Наруто стал жадно пить, и вскоре осушил флягу до дна.
– Больше нет? – спросил он, переводя дыхание, и Саске лихорадочно зашарил по повозке. – Ладно, не надо, обойдусь. Иди лучше сюда.
Гордый наследник клана Учиха как был на четвереньках, так и подполз к нему.
– Как ты? – спросил Наруто, и Саске отчаянно поцеловал его, потому что иначе бы врезал.
– Не смей так больше делать, придурок! – сказал он, отстранившись на пару сантиметров только чтобы разъединить их губы. Хотелось схватить Наруто и хорошенько потрясти, чтоб не смел больше умирать у него на глазах.
– Где Иса? – Наруто сделал попытку приподняться, но Саске снова опрокинул его на футон.
– Лежи и не двигайся, все живы-здоровы, – бессовестно соврал он, не дрогнув ни единым мускулом. Еще не хватало, чтобы полуживой Наруто отправился проверять самочувствие чуть не угробившего его ребенка. – Ты снова всех спас, идиот, но если снова вздумаешь полезть в пасть к какому-нибудь монстру, я сам тебя убью, клянусь!
– Но все же хорошо закончилось, – улыбнулся Наруто, притягивая его за шею для очередного поцелуя. – Ты же знаешь, я не мог поступить иначе. Не злись.
Саске пренебрежительно фыркнул, но все же прижался к его губам. Глупый упрямец будет каждый раз пытаться спасти весь мир, и с этим остается только смириться. Он со вздохом отстранился от дразнящей руки, скользившей по бедру и норовившей забраться между ног – сейчас не время.
– Отдыхай, а я заступаю на вахту. И чтобы даже не думал двигаться, пока я не вернусь.
Холодным взглядом пресекая возможные возражения, он выбрался на улицу. Свежий воздух раннего утра немного подбодрил его и прогнал головокружение. Умывшись холодной водой, Саске почувствовал себя вполне сносно. "Все-таки Хьюга – слабак!" – подумал он, активируя шаринган и моментально расплачиваясь за пренебрежительность пронзающей лоб болью.
Кое-как проверив окрестности, Саске взобрался на облучок, баюкая в ладонях разрывавшуюся голову. Лоб и затылок болели так, будто он находился внутри огромного дотаку, по которому кто-то непрерывно бил молотом. Чертов старик!
Дежурство обещало быть долгим.