Прежде чем Неджи успел ответить, что-то красное мелькнуло между ними. Миг – и Гаара уже заворачивается в юкату, а его жесты одновременно столь стремительны и изящны, что Неджи невольно сравнивает его с яркой экзотической птицей, взмахнувшей крыльями.
Еще несколько секунд назад перед ним был обнаженный парень, а теперь он остался один, недоуменно смотря на захлопнувшуюся дверь ванной комнаты.
Что это сейчас произошло?
Неджи еще несколько секунд гипнотизировал дверь взглядом, подавляя желание активировать бьякуган и узнать, что происходит внутри, но аристократическое воспитание спасло Казекаге от бесцеремонного вмешательства в частную жизнь.
Вздохнув, Неджи перевернулся на живот и подгреб под себя подушку. Спору нет, утро действительно удалось.
Посвежевший Гаара вернулся через несколько минут, с улыбкой указывая ему в сторону ванной:
– Идешь?
– Да, сейчас… доброе утро, – сказал Неджи, отчаянно жалея, что сам песком не владеет: он не хотел идти голым, а простыни жутко перепутались и вытянуть одну, не выставив себя на посмешище, не представлялось возможным. Гаара видел его затруднение, но помогать не спешил, напротив, смотрел так пристально, словно впитывал его черты, презрев всякую тактичность.
Неджи медленно выдохнул, пытаясь прогнать краску со щек и проклиная неуместный приступ стыдливости. К черту! Он не девчонка какая-нибудь, чтобы стесняться пройтись перед одетым человеком. Он отбросил ворох простыней и встал, ловя внимательный взгляд и нарочно не отводя глаз. Когда он подошел к Гааре, тот посторонился, пропуская его, и по изменившемуся оттенку его кожи Неджи понял, что песчаная броня снова на месте.
Прохладная вода пришлась очень кстати, и Неджи ополоснулся по-быстрому, заметив, что часы показывают четверть седьмого. Сказка закончилась, пора нести ответственность за свои поступки. Если он поторопится, то успеет пересечь пустыню еще до полудня…
Войдя в спальню, Неджи обнаружил Гаару уж полностью одетым, и ему снова стало неловко за то, что его наряд составляет только обернутое вокруг бедер полотенце. Но взгляд Гаары, стекающий по его плечам на грудь и ниже, доказывал, что он зря смущается.
Поцелуй вышел долгий, и Неджи услышал, как за спиной с тихим шорохом поднимается песок. Они стояли посреди комнаты, а ему казалось, будто Гаара прижимает его к упругой стене, прогибающейся под его тело. Ощущение было необычным, но приятным.
Чужая рука проникла под полотенце и уверенно прошлась по бедру, Гаара целовал его глубоко, ненасытно, лаская все требовательнее. Судя по всему, он всерьез вознамерился устроить второе "доброе утро", и Неджи пришлось приложить определенные усилия, пытаясь выпутаться из двойных объятий.
– Гаара, пожалуйста, отпусти меня. Сейчас не время.
Губы прижались к его шее, и Гаара выдохнул:
– Как оторваться, когда ты такой? – и продолжил ласки.
Неджи попытался отстраниться, потому что тело с готовностью реагировало на каждое прикосновение, и Гаара не мог не почувствовать его эрекцию.
– У нас нет на это времени. Пусти, прошу тебя.
Песок осыпался вниз, и Казекаге на шаг отступил, недовольно на него глядя:
– Что? Тебе не нравится?
Неджи попытался удержать расползающийся узел полотенца. Да уж, так не нравится, что аргументация колом стоит!
– Не в этом дело, – сказал он, опускаясь на кровать и закидывая ногу на ногу, чтобы сделать свое желание продолжить менее очевидным. – Мне нужно возвращаться, я и так злоупотребил твоим гостеприимством. То, что я сделал… это непростительно. Я поддался чувствам, бросил миссию, оставил своих подчиненных… Я думал, ты сможешь мне помочь заставить Наруто остаться. – Сердце наполнялось привычным отчаянием. – Я не подхожу на роль капитана, и когда вернусь в Коноху, попрошусь к кому-нибудь под начало. Успех миссии не должен зависеть от столь безответственного человека, это задание я провалил.
Гаара помрачнел, но ничего не сказал. Неджи встал, подошел к нему и коснулся его губ легким поцелуем.
– Спасибо за все, ты на многое открыл мне глаза. Кроме непомерных амбиций существует еще и предел возможностей, теперь я это понимаю. Мне надо вернуться в тот трактир. Может, Наруто все еще там… Пожалуйста, распорядись, чтобы мне вернули одежду, и еще раз спасибо тебе, Гаара.
Тот поднял голову и заговорил, испытующе глядя ему в глаза:
– Пока ты спал, я отправил туда своих людей. Ночью пришло донесение, что ни Наруто, ни Саске там уже нет.
Неджи старался внешне оставаться бесстрастным, но внутри все переворачивалось от боли и бессилия. В глубине души он знал, что они уйдут, но пока не было определенности, оставался крошечный огонек надежды на то, что все как-нибудь образуется и Наруто останется. Какой же он глупец!
– С ним все будет в порядке. Учиха позаботится о нем.
"А со мной? – хотелось закричать Неджи. – Что теперь будет со мной?" Но он молчал, понимая, что если скажет хоть слово, то снова сорвется в истерику и спросит Гаару, как тот может оставаться столь спокойным, зная, что может больше никогда в жизни не увидеть Наруто? Ведь они оба его любят, так что же это за любовь-то такая, которой вообще ничего не нужно?!
Гаара, между тем, продолжил:
– Еще я взял на себя смелость послать гонца в Коноху с уведомлением о том, что ты пребываешь в Суне и, используя фамильную технику клана Хьюга, помогаешь нам искать новые подземные источники воды, что, как ты понимаешь, просто предлог.
– Зачем ты так поступил?
– Из личных эгоистичных соображений, – лукаво ответил Гаара, – я хотел, чтобы ты подольше пробыл со мной. Сегодня вечером доставят твои вещи, которые остались в гостинице, и я прошу тебя быть моим гостем еще один день.
Неджи опустил голову. Он понял, что Гаара таким образом просто прикрыл его дезертирство перед Пятой Хокаге. Было так стыдно за собственную никчемность…
– Я не могу…
– Пожалуйста, – Гаара взял его за руку, умоляюще заглядывая в глаза. – Останься еще только на сутки, на один-единственный день. Казекаге просит тебя, Неджи Хьюга.
Он не хотел этого, но отказать не мог. Гаара сейчас снова потащит его в постель, а в теперешнем состоянии мысли о сексе вызывали только отторжение. Но выбора не было. Неджи склонил голову, длинные пряди упали на лицо:
– Я останусь.
– Вот и хорошо. Через полчаса тебе подадут завтрак. Чувствуй себя как дома, только, пожалуйста, не покидай моих покоев. А мне пора – в деревне Песка просыпаются рано, чтобы успеть побольше сделать, пока солнце не начнет плавить камни, не хочу заставлять советников ждать.
Потом Гаара взял его лицо в ладони и тихо сказал:
– Перестань себя мучить, и жертв от тебя здесь тоже никому не нужно.
Неджи и сам не понял, как так получилось, но секунду спустя он уже целовал Гаару, хотя до этого считал, что будет просто терпеть чужие ласки. Гаара отвечал охотно, прижимаясь к нему всем телом, и разорвал поцелуй только спустя несколько минут.
– Ты с ума меня сводишь. Ничего так не хочу, как бросить все, и остаться тут, с тобой… – он отошел и спрятал руки за спину, будто не доверяя сейчас своему телу. Изрядно помявшаяся одежда разглаживалась струями песка. – В той нише стоит шкафчик с конфиденциальной документацией, его не трогай. В остальном, можешь брать все, что приглянется. Если я тебе понадоблюсь, – он указал на столик со стеклянной вазой, на глазах наполнявшейся песком, – перевернешь ее и высыплешь песок, я почувствую и приду. Отдыхай, Неджи, тебе это сейчас нужнее, чем что-либо еще.
Напоследок скользнув по его телу жарким взглядом, Гаара вышел, оставив Неджи размышлять над причинами столь неожиданной заботы.