center«Любовь не знает времени»
~Unknown~
/center
Сентябрь 1999
— Мисс Грейнджер, мне же не нужно напоминать вам о всех опасностях и последствиях использования Маховика Времени? — Минерва МакГонагалл смотрела на ученицу, сидящую на своем столе, поверх сползших на нос очков. Она знала, что не нужно объяснять это, но правила обязывали её повторить правила.
— Конечно, нет, профессор. И я бы хотела поблагодарить вас ещё раз за то, что вы разрешили мне заняться исследованием, — ответила Гермиона. Это был второй день её обучения в Хогвартсе на седьмом курсе. Было время, когда она не хотела возвращаться сюда. После войны нечто вроде образования казалось ненужным, даже для неё. Но стремление к учебе и завершению школы победило, поэтому Гермиона вернулась в Хогвартс. Она одна вернулась из их трио. Гарри и Рон начали обучение в министерстве.
— Я знаю, что во время войны большинство Маховиков Времени было уничтожено, и это, наверное, единственный оставшийся, — она посмотрела на стеклянные часы с золотой цепочкой, лежащие на столе профессора МакГонагалл. Они уже были ей знакомы. Она использовала их не в первый раз. На третьем курсе, чтобы Гермиона смогла посещать все уроки, декан разрешила ей пользоваться Маховиком. И вот, спустя несколько лет, она вновь носит его на шее. Однако теперь это не имело никакого отношения к её занятиям, это было связанно с проектом, который девушка собиралась исследовать. Она собиралась использовать его для работы в Министерстве, после окончания Хогвартса.
— Есть ещё что-нибудь, с чем я могла бы помочь? — спросила МакГонагалл, и Гермиона покачала головой. — Хорошо. Тогда, вы можете вернуться в свою комнату, и я с нетерпением жду нашей встречи в классе с утра.
Гермиона улыбнулась:
— Я тоже жду этого, профессор, завтра ведь двойная Трансфигурация первым уроком, — она встала, и взяв золотую цепочку с Маховиком со стола, аккуратно повесила её на шею.
Гермиона кинула прощальный взгляд МакГонагалл, которая изучающе смотрела на неё, затем развернулась и покинула кабинет Профессора.
Девушка шагала по восстановленным коридорам. Здесь не было ничего, что напоминало бы о битве, произошедшей всего несколько месяцев назад. Ничего, кроме мемориальной доски в Большом зале с именами тех, кто умер. Но замок выглядел сильнее, чем когда-либо. Он преодолел силы зла и был готов вырастить еще одно поколение ведьм и волшебников.
После обхода большей части замка, Гермиона подошла к общей комнате Гриффиндора и перелезла через проход. Джинни сидела в кресле у камина, ожидая ее. Подсознательно глаза Гермионы обыскали комнату в поисках Гарри или Рона, но она быстро одернула себя, вспомнив, что они не вернулись в школу. Странно было находиться здесь без друзей. Последние семь лет они были частью ее повседневной жизни. Она села рядом с Джинни, поджав ноги под себя.
— Так ты его получила? — с любопытством спросила Джинни. Она заметила цепочку, висящую на шее Гермионы. Ее глаза расширились. Она знала, что Гермиона и раньше использовала Маховик, ведь слышала много историй об этом от Рона. — Как он работает?
Гермиона осторожно взяла Маховик в руку:
— Ты должна прокрутить стрелку часов. Скажем, ты хочешь вернуться на пять часов назад, значит, ты должна прокрутить ее пять раз. Путешествие заканчивается, когда ты возвращаешься к моменту, когда отмотала время, — она взглянула на Джинни, и та кивнула. — Сомневаюсь, что люди используют его для путешествий на длительные отрезки времени, это было бы довольно сложно.
— Может ли он изменить ход времени? — с любопытством спросила Джинни. Маховик Времени казался мощной вещью, которую никак нельзя использовать в целях развлечения. Но если бы Маховик мог изменить временную линию, это бы означало, что определенные вещи могли бы быть отменены. Ужасные вещи. — А что, если ты не сможешь вернуться туда, откуда начала?
Гермиона улыбнулась. Это мысль часто приходила к ней в голову. Это же постоянно держало её в страхе на протяжении всего третьего курса:
— Я не разбираюсь в изменениях временных линий, парадоксах и прочих вещах вроде этих. Я всегда была и буду очень осторожна с Маховиком. Но события можно воссоздать. Я имею ввиду, то, что мы сделали с Сириусом. Но я не знаю, может ли ход времени полностью измениться…
Джинни нахмурилась. В ее сознании Маховик был вещью, с помощью которой можно вредить другим:
— Так для чего он тебе? У тебя же теперь не так много уроков.
— Я хочу выяснить, влияет ли как-нибудь Маховик Времени на магические способности, и может ли магия из прошлого оставлять следы, которые мы можем обнаружить в настоящее время. Поэтому есть вероятность, что магия изменяет что-то, даже если ты и не видишь, — ответила Гермиона. — И если это докажет, что магия оставляет следы, то возможно решение будет найдено. В конце концов, идея заключается в том, что никто не знает, что ты возвращалась назад во времени.
Это звучало слабо, и Гермиона знала это, но она надеялась открыть что-то новое, что-то, что помогло бы ей сделать карьеру в Министерстве.
Между подругами наступило молчание. Несколько учеников в гостиной начали играть в игры. Дин Томас и Симус Финниган развязали яростную войну Взрывающимися Хлопушками, ученики, наблюдавшие за игрой, подбадривали их. Гермиона взглянула на Джинни. Хоть им обеим не хватало Рона и Гарри, обе кое-что поняли. Это был еще один год проведённый в Хогвартсе. Казалось, что всё вернулось к норме.
Влиться назад в школьную рутину было на удивление легко. Проведя год вдали от школы, любому, наверное, было бы гораздо труднее опять подстраиваться под расписание уроков и прочего, но Гермиона на удивление легко подключилась к новому материалу, предоставленному ей, и снова оказалась лучшей ученицей в классе. Это вызвало одобрение со стороны профессора МакГонагалл.
Первые недели сентября ушли, и остатки летнего солнца сменились густыми серыми осенними тучами. Последние дни Гермиона провела в компании Джинни, и чем больше времени проходило, тем меньше она скучала по Гарри и Рону. Раньше она никогда не осознавала в полной мере, как сильно её раздражало детское поведение Рона и то, как Гарри постоянно обсуждал свою неприязнь к Малфою с ними. Однако предмет ненависти и одержимости Гарри, Драко Малфой, тоже вернулся в Хогвартс. Он изменился до неузнаваемости. Немногие ученики Слизерина вернулись в этом году. Многие из них просто не хотели позориться. Драко был тихим и замкнутым. Его высокомерие исчезло, и часто он сидел в одиночестве, вдали от своих одноклассников.
Это было почти в конце сентября. Однажды утром Гермиона спускалась по винтовой лестнице, ведущей из Гриффиндорской башни. Была пятница, а это означало, что первый урок у неё — сдвоенное зельеварение. Позади послышались голоса учеников младших классов. Гермиона ускорилась, прекрасно зная, что младшекурсники обгонят её. Сумка была тяжелой. Возможно, не стоило класть туда книги, в которых она не нуждалась. Она оглянулась через плечо, когда голоса сзади начали… кричать?
Кто-то вскрикивал в отчаянии, а кто-то смеялся. И Гермионе не потребовалось много времени, чтобы понять, почему. С лестницы бежала толпа младшекурсников, прикрывающихся сумками. Некоторые намокли с ног до головы. Шарик с водой пронесся рядом, и Гермиона инстинктивно подняла глаза. Единственным существом, которое могло развлекаться подобным образом, был Пивз.
И прежде чем она полностью осознала, что случилось, один из шаров прилетел ей в голову, холодная вода потекла по шее, пропитывая мантию. Гермиона была в ярости. Как только она собралась накричать на полтергейста, одна из второкурсниц поскользнулась на скользкой лестнице. Гермиона видела, что та падает, но ей некуда было отойти. Она поймала испуганный взгляд девочки, прежде чем та врезалась в неё. Они покатились вниз. Воздух из легких будто пропал, все тело, особенно голова, очень болели от ударов с каменными ступенями. Она слышала крики издалека. Мир вдруг стал размытым. Затем… Её как будто потянуло куда-то, холодный ветер поймал её волосы, а затем, после особо сильного удара головой, мир погрузился во тьму.
Гермиона никогда раньше не слышала голоса, который сейчас в ужасе закричал:
— Господи… где она?
Глаза Гермионы распахнулись, и первым, что она почувствовала, была боль. Девушка застонала и попыталась сесть, но перед глазами всё поплыло, и она вновь упала.
— Не очень хорошая идея, Гермиона, — пробормотала она.
Произошедшие события начали всплывать в памяти. Она спускалась по лестнице… Пивз бросил в неё шарик с водой… И кто-то… Кто-то поскользнулся, и они обе скатились вниз с лестницы… Осознав что произошло, Гермиона поднесла дрожащую руку и коснулась ею своего лица. Что-то липкое и теплое текло по её щеке, и когда девушка взглянула на кончики пальцев, с ужасом обнаружила, что это кровь.
Только потом она осознала, что вокруг неё было слишком тихо.
«Где же все?» — подумала Гермиона — «Неужели они просто ушли, оставив меня лежать здесь?»
Она снова попыталась сесть, и на этот раз головокружение не помешало. Она немного подвинулась, чтобы прислониться спиной к стене. Голова очень болела, и чувствовалась слабость во всём теле. Медленно обернувшись, девушка посмотрела на винтовую лестницу. Это, безусловно, была та самая лестница, так где же все?
— Кто вы, во имя дьявола, такая?
Услышав знакомый голос, Гермиона резко обернулась. Её глаза расширились, когда она узнала Горация Слизнорта. Он удивленно пялился на неё. Но Гермиона заметила, что он чем-то отличался от Слизнорта, которого она знала.
— Профессор Слизнорт, это я, Гермиона Грейнджер! — вскрикнула Гермиона, но учитель как будто не узнавал её. Девушку охватило отчаяние. Неужели он и вправду не знает, кто она такая? — Мы знакомы уже два года, я лучшая подруга Гарри Поттера!
Слизнорт продолжал непонимающе смотреть на девушку:
— Гарри Поттер? Я никогда раньше не слышал этого имени, также как никогда не слышал о Гермионе Грейнджер. Кто ты и как ты попала в этот замок?
Внутри у Гермионы всё сжалось, и она опустила глаза на золотую цепь, обвивавшуюся вокруг её шеи. Когда же её взгляд дошел до того места, где положено было быть Маховику, сердце девушки замерло. Он был сломан. Оглядевшись по сторонам, она заметила маленькие кусочки стекла, рассыпанные по полу.
— Нет… нет… — прошептала она. Она перевела наполненный отчаянием взгляд назад на учителя.
Если Слизнорт уже работает здесь, значит МакГонагалл и Дамблдор тоже. Только этим людям она могла доверять, и которые поверили бы ей. Вероятно, Дамблдор уже был директором, хотя Гермиона не была уверена.
Судя по взгляду Слизнорта, тот узнал цепочку на шее Гермионы, потому что тот посмотрел на Гермиону с ещё большим удивлением.
— Профессор, я знаю, что это всё очень странно выглядит, но это Маховик Времени, — сказала Гермиона, указывая на остатки кулона. Тот неуверенно кивнул. — Произошел несчастный случай, Маховик Времени сломался, и я попала сюда. Я понятия не имею где я, но мне очень нужно поговорить с Профессором Дамблдором и профессором МакГонагалл. Моё присутствие здесь может нарушить ход времени.
Слизнорт, казалось, задумался над словами Гермионы, но потом, решив, что её история звучит правдоподобно, он кивнул:
— Идите за мной… ммм… мисс Грейнджер?
Гермиона следовала за профессором по знакомым ей коридорам, и когда они подошли к входу в кабинет профессора Дамблдора, Гермиона с облегчением заметила, что он не изменился. Он все еще находился за статуей горгульи на седьмом этаже.
— Сливочная помадка, — сказал Слизнорт, и сердце Гермионы пропустило удар. Создавать пароли, основанные на сладостях, было так в духе Дамблдора. В этот же момент, она осознала, что ей нужно встретиться с человеком, который уже мёртв в её времени. Она вспомнила безжизненное тело, лежащее у подножья Астрономической башни, убитое, как она тогда считала, Снейпом.
Поднимаясь по винтовой лестнице вместе со Слизнортом, Гермиона осознала, что она обладает информацией, способной изменить будущее.
Слизнорт постучал в дверь, ведущую в кабинет директора школы, и такой знакомый голос Дамблдора пригласил их войти. Слезы навернулись на глаза Гермионы, и пару секунд, она даже не могла смотреть на директора. Когда же она, наконец, сделала это, то сильно удивилась, увидев как мало он похож на Дамблдора из её времени. Его борода была короче, а волосы куда темнее.
Как бы то ни было, она перенеслась во времени на много лет назад. Гораций Слизнорт ушёл в отставку в 1981 году, значит то, что происходит сейчас, происходит до этой даты.
— Гораций, — дружелюбно кивнул ему Дамблдор, а затем перевёл взгляд на Гермиону и чуть нахмурился. — Чем я заслужил такой приятный визит?
— Я шёл на утреннюю прогулку, когда встретил эту юную леди возле лестницы, ведущей в Гриффиндорскую башню, директор. Она не учится в этой школе, но на ней мантия с гербом Гриффиндора. И она говорит, что у неё есть Маховик Времени.
— Хорошо, Гораций, вы можете идти, — отозвался Дамблдор, изучающе глядя на Гермиону. Слизнорт развернулся и вышел из кабинета. Дверь за ним захлопнулась, и Гермиона осталась наедине с волшебником, которого она знала, и который был мертв в её временной линии. Дамблдор дружелюбно указал на один из стульев, и Гермиона села. Её тело болело повсюду, и она вдруг почувствовала себя очень уставшей. Рану на затылке жгло, и из неё до сих пор капала кровь.
Дамблдор сел за стол, и сложил кончики пальцев вместе:
— Кто ты?
— Гермиона Грейнджер, сэр, — слабо ответила Гермиона. — Профессор Слизнорт сказал правду, он нашёл меня возле лестницы в Гриффиндорскую башню, и у меня есть Маховик Времени… но… он сломан…
Последние слова заставили Дамблдора подняться. Он обошёл свой стол и подошел к Гермиона, затем взял кулон в руку. Он изучал его мгновение или два, а затем отпустил:
— Мне знаком этот Маховик. В вашем времени есть профессор МакГонагалл?
Гермиона кивнула. Она задалась вопросом, был ли этот Маховик предназначен специально для МакГонагалл:
— Есть, сэр. Она… — Гермиона замолчала, не зная, можно ли об этом рассказывать или нет.
— Вы можете рассказать мне, это не изменит будущее, мисс Грейнджер. Однако, несмотря на это, нужно свести к минимуму влияние вашего неожиданного прибытия сюда.
— Профессор МакГонагалл — наш учитель от трансфигурации и декан Гриффиндора, — ответила Гермиона, умолчав о том, что она также была директором школы. Не хотелось рассказывать Дамблдору о его смерти. — Она дала мне Маховик несколько недель назад, чтобы я могла использовать его для исследования, которое помогло бы мне устроиться на работу в Министерство Магии. А потом…— Гермиона вздохнула. — Это была глупая случайность. Пивз бросался шариками с водой в студентов. Кто-то поскользнулся, и мы обе упали с лестницы. Я проснулась на этой же лестнице, но в другом времени… — Она указала на Маховик Времени. — Он сломался.
Послышался стук в дверь, прежде чем она распахнулась. Гермиона оглянулась через плечо. Она замерла, когда она увидела Минерву МакГонагалл. Она выглядела куда моложе. Ее темные волосы уже были аккуратно уложены в пучок на затылке, но у неё еще не было очков. Красивые зеленые глаза мгновенно уставились Гермиону, расширившись от удивления.
— Альбус, вы хотели меня видеть?
— Минерва, похоже, к нам прибыл нежданный гость, — Дамблдор улыбнулся. Гермиона внезапно поняла, почему он иногда раздражал Гарри. Он казался очень легкомысленным.
— У мисс Грейнджер произошёл несчастный случай с Маховиком Времени. С вашим Маховиком, Минерва.
МакГонагалл ошарашено уставилась на девушку, и заметила сломанный Маховик.
— Что мы будем делать, Альбус? Нельзя же позволить ученику из другого времени просто бродить по школе…
— Сэр, вы бы не могли сказать мне, какой это год? — тихо попросила Гермиона. Она перевела взгляд с Дамблдора на МакГонагалл. Они существенно отличались от тех, какими она их запомнила. — Я хотела бы знать, где я.
— В каком году тебе дали Маховик Времени? — спросила МакГонагалл, пронизывая Гермиону взглядом. В независимости от того, сколько времени прошло, профессор оставалась всё такой же строгой. — Хочу добавить, что я бы никогда не позволила ученику пользоваться Маховиком Времени, если он или она, конечно, не обладает исключительным талантом, и я не доверяю им настолько, чтобы доверить такую мощную вещь.
Гермиона покраснела, поняв, что в этих словах скрывался комплимент.
— Вы дали мне это в сентябре 1999 года, профессор, — Гермиона забеспокоилась, увидев взволнованный взгляд, которым МакГонагалл поделилась с Дамблдором. — Что такое?
Минерва сглотнула.
— Мисс Грейнджер, сейчас сентябрь 1969 года…
Она проснулась в удобной кровати. Одеяло плотно накрывало её. Когда Гермиона медленно открыла глаза, то поняла, что головная боль исчезла. С недовольным стоном она приподнялась на локтях, и увидела двух человек рядом. Минерва МакГонагалл проверяла какие-то записи, а Дамблдор забавлялся с чем-то похожим на карты из шоколадных лягушек.
— Ах, вы проснулись, мисс Грейнджер, — МакГонагалл подняла глаза и улыбнулась. — Мы за вас беспокоились.
— Мне очень жаль, — пробормотала Гермиона. Коснувшись рукой своего лица, она обнаружила, что кровь пропала. — Я, должно быть, потеряла сознание…
— У вас легкое сотрясение мозга. Не удивительно, ведь вы упали с лестницы, — объяснила МакГонагалл и Гермиона слабо улыбнулась. — Однако, теперь мы должны поговорить с вами. — Минерва перевела взгляд на Дамблдора. — Путешествий на такой большой отрезок времени раньше не было зарегистрировано. Теоретически это должно быть невозможно, но эта ситуация доказала обратное. Несмотря на то, что мой Маховик по-прежнему работает, он бесполезен, потому что он создан для путешествий в прошлое, а не в будущее. Нам нужно будет найти другое решение, чтобы вернуть вас в свое время, мисс Грейнджер.
Гермиона откинулась на подушки. Она чувствовала себя опустошенной. Как будто её сердце пропало, а вместо него появился кусок льда. Слёзы обиды обожгли глаза. Как она могла быть такой глупой?
— Это никак не связано с глупостью, мисс Грейнджер, — мягко сказал Дамблдор, будто прочитав её мысли. — Тем не менее, пока мы не найдем способ вернуть вас в свое время, нужно попробовать устроить вас здесь. Мы можем попробовать отправить вас на один из факультетов. Мы скажем, что вы недавно переехали в Англию. Я заметил, что вы носите одежду Гриффиндора… возможно…
— НЕТ! — громко воскликнула Гермиона, заставив МакГонагалл нахмуриться. Она поспешила объясниться. — Не Гриффиндор… я волнуюсь… я увижу слишком много людей, которых знаю в своём времени. Многие из моих знакомых были отправлены в Гриффиндор. Хотя, возможно, не в этом году, но… я не знаю, могу ли я быть рядом с ними. — Она заколебалась. — Артур Уизли?
Минерва улыбнулась:
— Ах, да, Артур. Но он выпустился в прошлом году, как и его жена Молли, поэтому не беспокойтесь, вы не встретитесь с ними, — в глазах профессора мелькнуло любопытство. — Так вы знаете Уизли?
Гермиона вздохнула. Её мозг кипел. Она могла всё изменить. Через несколько лет родители Гарри приедут в Хогвартс, и она сможет спасти их.
— Я знаю, что могу отменить весь тот ужас, который будет твориться в будущем. Но, как мне разобраться, что я делаю правильно, а что нет?
Дамблдор некоторое время смотрел на Гермиону:
— Придёт время, и вы поймете, какие ваши действия здесь полезны, а какие нет. А пока что, я предлагаю вам отдохнуть, и я также позабочусь о том, чтобы вас поместили в… — он замолчал, вопросительно изогнув бровь.
Гермиона виновато посмотрела на МакГонагалл.
— Слизерин, — безучастным голосом сказала она.
— Слизерин, — повторил Дамблдор.
МакГонагалл, похоже, была не согласна с тем, что ученица Гриффиндора выбрала Слизерин. Но, несмотря на это, она накрыла своей ладонью руку Гермионы, прежде чем выйти из кабинета.
— Я прослежу за тем, чтобы вам было комфортно на вашем новом факультете. И я попрошу одного из старост придти к вам.
Гермиона благодарно кивнула. Последние события очень её вымотали. Она откинулась на подушки, и наблюдала, как Дамблдор идет к двери. На полпути он обернулся. Его ярко-голубые глаза мерцали из-под очков точно так же, как и запомнила Гермиона.
— О, мисс Грейнджер, и любопытства ради, что случилось со мной в вашем времени?
Гермиона сглотнула. Вопрос Дамблдора звучал искренне. Она знала, что он хотел знать правду. Когда она заговорила, ее голос был пустым:
— Вы умерли, сэр.
Дамблдор пожал плечами. На его губах на мгновение появилась улыбка. Он стоял там, в темно-синей мантии и заостренной шляпе, с нарисованными серебряными звездами.
— Ах, еще один неизбежный факт жизни, мисс Грейнджер. Мы все умираем…