Примечания от Blueowl:
Садитесь поудобнее и следите внимательно — стремительное развитие сюжета.
Теперь к Вашим вопросам:
Знание Северуса о будущем — Гарри подробно рассказал ему о восстании Волдеморта и сопутствующих событиях, но, как вы помните, исконное будущее этого фанфика кардинально отличается от канонного. Тем не менее, до четвёртого курса Гарри оно соответствует описанному мадам Ро, а начиная с пятого события пойдут по более жёсткому сценарию…
— Просто напоминаю: никаких крестражей.
Белая магия — не стоит думать о ней как о «доброй» магии. Единственное её назначение — противоядие от ликантропии. Не путать с исцеляющей магией Гарри.
Глава 22. Похищенная кровь
Гарри вместе с Корал, что свернулась у него на левом запястье, в волнении последовал за Николасом на улицу. Ему с трудом верилось, что всё это не сон.
Завтрак был лёгким и приятным. Перенель приготовила отличные блины, а сироп к ним был густым и тёплым. Дом Фламелей был комфортным и совсем не таким, каким он представлялся Гарри. Поттер с удивлением отметил, что скорее назвал бы это место домом любящих бабушки с дедушкой, а не двух известных алхимиков.
— Надеюсь, ты хорошо спал, Гарри? — спросил Николас, стоило им отойти от дома подальше.
Гарри кивнул: Перенель спросила что-то подобное, когда накладывала ему на тарелку блины; однако, впомнив свой сон, Гарри невольно нахмурился.
Очень странно: он не мог припомнить деталей, хотя, судя по ощущениям, видение было — и весьма напряжённое. От него осталось лишь навязчивое чувство — своего рода предупреждение, не раз возникавшее, когда Дадли и его друзья замышляли очередную каверзу против него. Но сейчас это явно нечто большее. Гораздо большее.
Похоже на настоятельное предупреждение, барабаны войны и приближающейся опасности.
Там были какие-то люди, которые вели напряженный спор. Обсуждался некий план с применением чьей-то крови.
Эх! Если бы ему удалось вспомнить чуть больше!
— Что-то не так, Гарри? Ты какой-то тихий, — заметил Николас, когда они обошли холм и зашагали по полю.
— Нет, ничего страшного. Я просто пытался вспомнить свой сон, — ответил тот.
— Ох уж эти приключения, оставляющие нас, лишь забрезжит рассвет, — посетовал пожилой волшебник, остановившись на краю поля. — Вот мы и пришли.
— Э-э-э, куда, сэр? — уточнил слегка растерянный Гарри. На его взгляд, тут не было ничего примечательного.
Николас виновато хлопнул себя по морщинистому лбу.
— О, прошу прощения. Опять забыл, — сказал он, опустив свою ладонь на плечо Гарри.
Мальчик почувствовал тёплое покалывание в том месте, где рука Николаса коснулась его кожи, и, когда перед ними внезапно появилось большое, похожее на конюшню здание, подскочил от неожиданности. Оно было окрашено в красный и коричневый цвета и соседствовало с низким кирпичным забором, окружавшем огромный пустой участок взрытой земли.
— Обойди по краю. Кое-кто очень тебя ждёт, — сказал Николас, поблёскивая глазами и подталкивая Гарри.
Не нуждаясь в дальнейших подсказках, Поттер поспешил вперёд, открыв калитку каменного забора и остановившись, заглянул внутрь строения.
Внутреннее пространство было магически увеличено, приведя Гарри в лёгкое недоумение: ему никак не получалось сопоставить внешние размеры с площадью внутри. Однако этот фактор быстро отошёл на второй план, как только он заметил мощную фигуру.
— Норберта?! — воскликнул он, восхищённо разглядывая подросшую «малышку».
Перед ним был уже не тот крошечный дракончик, которого он спас несколько месяцев назад — теперь она стала драконом-подростком, и в холке уже была больше лошади. Заметив его, она рванула вперёд, остановившись у самой границы полупрозрачного магического щита, и радостно стала рыть землю.
Николас, посмеиваясь, подошёл к Гарри со спины.
— После того, как я сказал, что ты приедешь сюда, она с нетерпением ждала встречи.
— Правда?.. — удивился Гарри.
— О да. Драконы умнее, чем большинство волшебников о них думают. И хоть они — животные с интеллектом ниже человеческого, их возможности к пониманию речи и общению довольно впечатляют.
Гарри медленно приблизился, слегка ошеломлённый её нынешними размерами, учитывая, что она ещё подрастёт.
— Привет, Норберта, — поприветствовал драконицу Поттер, и тут же был вознаграждён низким, счастливым урчанием.
— Мы обязаны соблюдать осторожность при общении с крупными драконами — отсюда и щит, — но сейчас я ненадолго опущу его: для своего вида она чрезвычайно спокойна, — сказал Николас и по взмаху его палочки разделительный барьер пал.
Норберта не теряла времени: она быстро перепрыгнула через низкие перила и осторожно прижалась лбом к Гарри.
— Рад тебя видеть, девочка, — сказал тот, поглаживая её по носу правой рукой, предоставив Корал возможность поздороваться.
Николас подошёл к боковой стене и, прислонившись к ней, улыбнулся.
— Итак, как прошёл твой первый год в Хогвартсе, с точки зрения занятий? — задал он вопрос, посчитав, что не стоит вспоминать другие события этого года.
— Было здорово: я многому научился. Зельеварение — мой любимый предмет, но чары и трансфигурация тоже по-своему интересны, — ответил тот. — Ещё мне нравится «защита», с тех пор, как её преподаёт не Квиррел.
— Ах да, точно, вспомнил: Альбус что-то говорил об уроках ЗоТИ. Профессор Люпин теперь сможет преподавать и в следующем году.
— Это замечательно, но, если Вы не против, я хотел бы узнать, почему раньше он не смог бы этого сделать?
— О, много лет назад эту должность прокляли, — походя сообщил Николас. — Многие считают, что это было дело рук Волдеморта. Как бы то ни было, ни одному человеку не удавалось продержаться там больше года. Независимо от желания самого профессора, происходило нечто, мешавшее ему продолжить преподавание: случайная травма или, к примеру, несчастный случай, подозрительное стечение обстоятельств и так далее. Альбус многие годы пытался избавиться от этого проклятия, и, наконец, благодаря обновлению чар и талантливому разрушителю проблема была решена.
Гарри прекратил поглаживать Норберту, удивлённый тем, что проклятие на должности преподвателя ЗоТИ существовало на самом деле. Конечно, до него доходили подобные слухи, но мальчик не воспринимал их всерьёз.
— Я рад, что проблема наконец-то разрешилась, ведь точно знаю: Альбус устал подыскивать учителей по ЗоТИ, — добавил с со смешком Николас. — Однажды он предложил стать профессором мне, но Перенель категорически запретила принимать приглашение, и я отказался. Бедный Альбус.
— Если бы не проклятие, Вы бы согласились? — спросил заинтригованный Гарри.
— Ну, в противном случае, сомневаюсь, что Альбус прислал бы мне приглашение, но всё же... Не знаю, скорее всего я бы сначала очень хорошо подумал. В конце концов, эта работа сопряжена со многими обязанностями. Сейчас мы с Перенель живём вдали от остального мира - согласись я поработать в Хогвартсе, о тишине и спокойствии можно было бы забыть.
— Наверное, Вы правы, — согласился Гарри.
— Однажды, много лет назад, я уже побывал в роли учителя, — сказал Николас и через мгновение его голос затих, а в глазах поселилась печаль. — Но моего ученика у меня забрали.
Гарри, почувствовав боль волшебника, повернулся к нему всем корпусом. Норберта же терпеливо осталась ждать, держа голову над мальчиком.
— Что с ним случилось? — спросил он.
— Однажды осенью его выкрали из дома, а через неделю мы обнаружили его тело на берегу озера. — Николас подавил болезненный вздох. — Это было очень давно. Я уже смирился, но очень бы хотел знать, кто это сделал.
Гарри молча кивнул.
— Как звали Вашего ученика? — спросил он, не в силах сдержать любопытства.
Глаза Николаса засияли гордостью и счастливыми воспоминаниями.
— Абрамелино. Мы познакомились, когда ему было семь лет: после мощнейшего магического выброса его привёл ко мне друг, вхожий в их семью.
— Абрамелино?.. Вчера профессор Снейп... — Гарри запнулся, и его глаза расширились.
Николас кивнул, наблюдая за направлением мыслей Поттера.
— Да, он самый — последний из известных Спящих магов...
Гарри моргнул, совершенно не зная, как ему себя вести.
— Когда Альбус спросил, готовы ли мы принять тебя здесь этим летом, он не сообщил нам о твоём статусе мага до конца переговоров. Так что позволь заверить: мы взяли тебя не из-за того, кто ты, а потому, что мы хотели испытать чувства, которых были лишены и, к тому же, ты нуждался в безопасном убежище. Тем не менее, я уверен, что Альбус доверился нам, потому как знал: у нас есть некоторый опыт в таких вещах, и в случае чего мы сможем помочь, — объяснил Николас, «отлепившись» от стены конюшни. — И позволь раскрыть маленький секрет: я тоже не просто волшебник.
Теперь брови Гарри поднялись очень высоко.
— Значит, Вы тоже Маг? — с нетерпением спросил он.
Николас ухмыльнулся:
— Нет, я — Колдун.
О О О
Невилл был в ярости: он не понимал свою бабушку. Почему она так поступает? Всё, чего он хотел — это пригласить Гарри в гости с ночёвкой, вот и всё!
Что на неё нашло?! Почему она запретила ему проводить время с Гарри?
Или она считает, что он — не достаточно хорош для Поттера? Она решила, что Гарри весьма могущественный волшебник, тогда как Невилл — совсем обычный, и не достоин дружить с ним? Возможно, она и права, но ведь почему-то Гарри выбрал в качестве своего лучшего друга именно его. Он сам сказал так ещё в прошлом году. Гарри выбрал его, а не кого-то другого, на роль своего лучшего друга, и Невилл предпочтёт ещё раз быть выброшенным в окно, чем предать эту дружбу.
И он боролся за эту дружбу, вопреки стараниям бабушки, которая, очевидно, пыталась разрушить её. Невилл не был тупым; он прекрасно понимал, что она делает. Тонкие комментарии, неприяные замечания о Гарри и их отношениях. Она пыталась заставить его передумать.
Пфф! Как будто это возможно. Гарри был его первым другом, и хотя в том году у него появились и другие: Сьюзан, Джастин, Эрни и даже Драко, Гарри, безусловно, был его самым близким товарищем.
Бабушку ждёт сильное разочарование, если она думает, что он так просто откажется от этого...
Невилл даже не догадывался, что всё будет совсем наоборот: когда Августа осознает свою ошибку, то будет очень гордиться им.
О О О
Северус закрыл глаза, откинувшись на спинку кресла в своём кабинете. Он только что вернулся с педсовета, хотя обсуждавшиеся там вопросы не имели ничего общего со школой или предстоящим семестром.
Пророчество, выданное на днях Трелони, эхом раздавалось у него в ушах и, хотя его текст цитировала Помона, он как наяву видел нелепую «профессоршу» предсказаний, что вещала своим замогильным голосом, сидя в цветастом кресле.
— Начало конца близко! Тёмный Лорд получит и использует кровь своего главного врага, и станет сильнее и ужаснее, чем когда-либо. Вскоре он вознамерится доказать своё превосходство, инициировав великую дуэль, которая обозначит и окончательно определит будущее Волшебного мира. Близится начало конца!
«Ну, это сулит хорошее будущее», - усмехнулся Северус.
Он покачал головой, понимая, что переживать из-за пророчества бесполезно и, несмотря на то, что Снейпу в некоторой степени были известны последствия, он не мог не размышлять о них.
— Кровь главного врага...
Северус был уверен, что этим «главным врагом» был не Гарри. В конце концов, Волдеморт ненавидел многих волшебников ещё до рождения Поттера. Дамблдор, может быть? Он был одним из первых, если не самым первым, кто заметил что с наследником Слизерина что-то не так. Однако, даже если этот враг — директор, остаётся открытым вопрос: как Волдеморт собирается завладеть его кровью?
Вздохнув, Снейп потряс головой, пытаясь отделаться от ощущения, что упускает из виду нечто очень важное.
Ну, что бы ни случилось, ему просто нужно быть готовым встретиться с этим. Однако, если Волдеморт получит кровь, будет уже не так важно, как он её использует. Скривившись, Северус мысленно перебрал все варианты, имевшиеся в распоряжении Тёмного Лорда…
Пророчество говорило, что он станет сильнее, настолько, что в своей гордыне захочет доказать свою силу, и это приведёт к некоей Великой дуэли. Северус сомневался, что, находясь в теле Питера (даже войдя в прежнюю силу) Тёмный Лорд сможет ощутить уверенность в себе. Значит, ему придётся или внедриться в новое или же изменить Петтигрю до неузнаваемости. Что при обладании кровью могущественного волшебника станет… пугающе легко.
Внутри Северуса неприятно засвербело.
«Кость отца...»
Северус сглотнул, и его глаза расширились.
Встав из-за стола, Снейп быстро покинул свои апартаменты и направился в место, которое должен был посетить ещё несколько месяцев назад.
Кладбище Литтл-Хэнглтона.
О О О
Целитель Сметвик спустился на этаж, где располагался Банк крови св. Мунго. Недавно из Уэльса прибыл человек, укушенный оборотнем в полнолуние, и нуждавшийся в вакцинировании. Гиппократ был уверен, что день, когда он перестанет благодарить за создание этого лекарства никогда не настанет. Белая магия была чудом! Сметвик радостно вздохнул и вышел из лифта, в шоке застыв в дверях.
Этаж был полностью разгромлен. Коридор наводили раненые, лежавшие прямо на полу, а из соседней комнаты тянуло дымом. Из той самой, где разместили Банк крови.
— Помогите!
— На помощь, скорее!
— Вызовите авроров!
— Что случилось?! — взревел Сметвик, нагнувшись к ближайшему пострадавшему.
— По-моему, тут были двое мужчин. Они просто вбежали и принялись обстреливать нас заклинаниями. В основном взрывными. Прошли в Банк крови и уничтожили его. Защита не выдержала их напора, — ответил подошедший сотрудник, пока Гиппократ оценивал состояние младшего целителя на полу. — Затем они выбежали и исчезли. Эти вандалы были нечеловечески быстры, причём в буквальном смысле: не человечески.
— Что Вы имеете в виду? — уточнил Сметвик.
— Это были оборотни, — заявил тот прямо в лицо собеседнику.
— Что?!
— Я видел их глаза — они «приняли волка». Поверьте, это были оборотни.
Сметвик нахмурился, глядя сквозь говорившего. На место происшествия наконец-то прибыли авроры.
О О О
Северус апарировал на самый край кладбища и быстро огляделся по сторонам.
На горизонте догорал закат; стояла мёртвая тишина, и вокруг не было ни души.
Довольный этим, Северус прошествовал мимо надгробий к каменной статуе, осенявшей могилу Тома Риддла-старшего. Бросив взгляд поверх неё, Снейп вздрогнул, увидев Риддл-мэнор. В провалах окон не было света, и ничего даже не намекало на чьё-либо присутствие.
Собравшись с мыслями, Снейп приблизился к могиле отца Волдеморта и взмахнул палочкой.
Пласт земли легко поднялся, срезанный, словно корж для торта. Отбросив его, Северус направил палочку на прогнившие доски гроба и открыл хлипкую крышку.
Но там, среди гниющей древесины, лежал лишь потрёпанный костюм, припорошенный землёй...
Тело исчезло.
О О О
Из зелёного пламени вышел Альбус.
Через камин Боунс лишь обмолвилась, что произошло в св. Мунго и что она начала расследование.
Погибло пять человек: остальные, попавшие под многочисленные взрывные заклятия, получили серьёзные травмы.
Банк Крови был полностью потерян, а значит, больница снова нуждалась в образцах крови магов, "привитых" белой магией. Тем не менее, двое нападавших не просто разорили Банк Крови, но и оставили сообщение:
«НАМ НЕ НУЖНО ЛЕКАРСТВО! ОСТАВЬТЕ НАС В ПОКОЕ!»
Фадж и другие идиоты-политики уже ныли по этому поводу, без сомнения, готовясь издать новые законы, ограничивающие права, вместо того, чтобы подумать о том, кто это сделал и почему.
Даже не беря в рассчёт последнее пророчество Трелони, Дамблдор понимал, что это - провокация. Будь там действительно возмущённые оборотни, стремившиеся отказаться от лекарства и бороться с ним, то почему нападение произошло именно сейчас? Разве не разумнее было бы атаковать гораздо раньше, когда в св. Мунго только начался процесс сбора крови и раздачи лекарства, а не спустя месяцы, когда популяция оборотней сократилась почти на 90 процентов?
Дамблдор покачал головой. Очевидно, что происходило что-то более зловещее, и он был уверен: оно напрямую связано с пророчеством... в конце концов, в том хранилище был также флакон и с его кровью.
О О О
Мадам Боунс была недовольна: неужели в Департаменте магического правопорядка не может быть и дня отдыха?!
Честно говоря, она не была уверена, сто её отдел сможет справиться с тем, что Министерство навесило на них, но в то же время понимала: никто, кроме них, с этим не разберётся .
Во-первых, было расследование по Волдеморту, начавшееся ближе к концу 1991 года и всё ещё не закрытое: необходимо было выяснить его местонахождение и планы. Затем к нему присоединилось ещё одно, касающееся Питера Петтигрю (открытое в июне 1992 года), но оно почти сразу влилось в материалы о Волдеморте — Питерморте.
Следующее (весна 1992 года) исследовало волшебный пергамент и проклятие «Пожиратель костей», с присовокупленной диверсией в Министерстве (лето 1992 года), когда некто получил доступ к Запретной библиотеке и секретным файлам, таким как архив, где хранились адреса всех известных магглорождённых. Оно впоследствии переросло в кошмарное расследование о похищенных маггловских детях, в связи с чем она вынуждена была усилить меры безопасности для волшебников из семей магглов.
Даже сейчас несколько Авроров ходили от дома к дому, знакомя глав семей с миром магии и предоставляя им средства связи — просто на всякий случай. До сих пор настройка мер предосторожности шла довольно споро. Если повезет то, когда похитители снова нанесут удар, они смогут поймать их и не допустят, чтобы в семьях опять пропали дети. Боунс также надеялась, что в случае захвата похитителя они смогут найти пропавших и вернуть их домой.
Нападение на Поттера пестрело сведениями о Волдеморте, хотя и было ясно, что это дело тесно связано с похищениями.
А теперь, ко всему прочему, ещё и уничтоженный Банк Крови.
Мадам Боунс вздохнула. Слишком много событий, с которыми очень трудно разобраться.
Однако, после разговора с Альбусом Дамблдором через камин, она твёрдо уверилась в своей правоте: уничтожение Банка Крови - нечто большее, чем просто дело рук проблемных оборотней.
Не сильно доверяя пророчествам, она вынужденно признала, что последнее было довольно тревожным, и к нему нельзя относиться как к пустой болтовне.
— Мадам Боунс? — окликнул её Кингсли, постучав в дверь и шагнув в кабинет.
— Да? — ответила она, оторвавшись от документов.
— Вам нужно это увидеть, — заявил он, призвав отчёт о Банке Крови.
Она взяла его и, надев очки для чтения, стала просматривать страницы, а Шеклбот в это время молча ждал.
Пробормотав под нос проклятие, Амелия отложила бумаги.
Был найдены все флаконы, каждая пинта крови, пусть и разбитые и непригодные к использованию — за исключением одного: с кровью Альбуса Дамблдора.
О О О
— Люциус?
Драко остановился в коридоре, услышав в библиотеке голос матери.
— Северус заходил ненадолго, — пояснил отец.
— И так быстро ушёл? Обычно он развлекает тебя, по крайней мере, съедая крекер, — легкомысленно сказала Нарцисса, хотя её голос затих в самом конце.
— Сейчас не время для таких любезностей, Нарцисса.
Драко прижался к стене: от напряжения в приглушённом голосе отца сердце ушло в пятки. Он никогда не слышал, чтобы он был таким... напуганным.
— Что случилось, Люциус? — прошептала Нарцисса.
— Он опасается, что Тёмный Лорд... уже близко.
— Что ты имеешь в виду?
— Ты помнишь, что я рассказывал тебе о нашей предыдущей встрече, и о чём мы договорились, если Тёмный Лорд восстановит свои силы?
Мать не ответила вслух, но Драко был уверен, что она согласно кивнула.
— Северус подозревает, что это может произойти даже раньше, чем предполагалось.
Драко затаил дыхание, умирая от любопыстства и желая увидеть выражения лиц родителей, а так же узнать: результатом чего было это «соглашение».
— Что ты хочешь, чтобы я сделала? — тихо спросила она.
— Будьтев любой момент готовы покинуть страну. Что бы ни случилось, я хочу знать, что вы с Драко в безопасности. Конечно, прямо сейчас это невозможно, но, по первому же знаку, уезжайте. У меня, как и у Северуса есть способы предупредить вас, если возникнет... опасность.
— Хорошо.
Повисло долгое молчание, хотя Драко слышал неровное дыхание матери.
— Прости, Нарцисса. Я не должен был ввязывать в это нашу семью. Я обязан был сделать другой выбор. Мы — чистокровные; нужно было найти более достойный способ.
— Т-с-с… Что сделано, то сделано. Теперь у нас есть сын, наши убеждения и приоритеты изменились.
Люциус тяжко вздохнул.
— Да, но похоже, что до недавнего времени я пытался убедить себя в обратном. Знаешь, когда Тёмный Лорд пал, где-то глубоко в душе я ощутил облегчение, хотя и наслаждался силой, которую он мне дал.
— Мне тоже стало легче: ведь умирали не только авроры и предатели крови. Наши друзья тоже гибли — вспомни Эвана Розье. Я боялась, что... мы с Драко потеряем тебя…
— Надеюсь, тебе не придётся больше этого бояться, — прошептал он.
— Если всё так, как говорит Северус, то, наверняка, он придумал нечто большее, чем то, во что вы меня посвятили, — попыталась "прощупать почву" Нарцисса, меняя тему.
— Да, конечно, но мне он не сказал ничего конкретного.
— А что именно он говорил?
Драко определённо расслышал нетерпеливые нотки в тоне матери. Они часто проскальзывали у неё во время стресса или волнения.
— Что в конце концов всё будет зависеть от Гарри Поттера, и мы должны убедиться, что мальчик справится с задачей без помех. Северус сказал мне, что никто другой, кроме Поттера, не сможет убить Тёмного Лорда.
— Ты серьёзно? — выдохнула та.
Драко не мог винить мать: всё зависело от Гарри?! От его друга, который лечил оборотней, исцеляя тех, с кем он даже знаком не был?.. Как можно ждать, что Гарри предаст кого-то смерти, даже если... нет, в особенности если это — Тёмный Лорд?
— Почему? — спросила она.
— Не знаю, но я в жизни не видел, чтобы Северус был так уверен в чём-то. Мы обязаны помочь ему. Древняя магия велит нам сделать это.
— Древняя магия или нет — так поступить нам велит наша честь, муж мой, — подтвердила Нарцисса.
— Возможно, — согласился Люциус.
После такого Драко долго не мог двинуться с места, дабы его не заметили родители, которые молча сидели в библиотеке.
Он не знал, что думать и как поступить.
Волдеморт очень скоро вернёт себе былую силу? Что это значит? Что же будет? Кто же прав: отец или всё-таки Крёстный? Всё действительно зависит от Гарри, его друга? Будет то же, что и в первую войну: снова станут гибнуть люди?
Драко, совсем не уверенный в будущем, тихонько вернулся к себе в комнату.
О О О
— Северус, где ты был?
Снейп повернулся и обнаружил, что к нему спешит Макгонагалл. Он только что вернулся с серьёзной миссии, так что был не в духе. Однако, судя по выражению лица Минервы, можно предположить, что его и без того паршивое настроение вот-вот скатится в подполье.
— Неважно, Альбус хочет тебя видеть. Кое-что произошло, — добавила она, явно расстроенная.
— Что именно? — спросил Снейп, когда они плечом к плечу быстрым шагом направлялись к кабинету Дамблдора.
— Из Банка крови св. Мунго выкрали кровь Альбуса! — выпалила та.
Северус даже не попытаться скрыть раздражение.
— Когда? — спросил он.
— Несколько часов назад. Мадам Боунс только что вернулась с того этажа и рассказала о том, что обнаружилось под обломками Банка Крови. — Макгонагалл покачала головой: её шотландский акцент стал более отчётливым. — Во имя Мерлина, где был ты, Северус?! — яростно выкрикнула она, по-видимому, решив, что на этот раз добьётся ответа.
— Я проводил кое-какие исследования, — заявил он, когда они добрались до горгульи.
Минерва прошипела пароль, и они вошли.
— Ну, надеюсь, оно того стоило.
— Безусловно, — ответил тот, обдав её ледяным взглядом.
Он и правда ни чем не мог помочь. Северус пытался сдержать разочарование, гнев и страх, но больше всего... ненависть к себе. Он должен был это предвидеть: должен был пойти на кладбище раньше, взять кости, подменить их или хоть что-то сделать. Но вместо этого он решил, что время ещё есть, думал, что Волдеморт будет действовать так же, как в прошлый раз (пускай и отчасти). Он свалял дурака - Волдеморт не зря звался Тёмным Лордом: в этот раз всё совсем по-другому. Волшебный мир уже знает о его возвращении и времени на восстановление у него почти нет. Он — тот Тёмный Лорд из будущего, которого так боялись. Он безжалостен и нестабилен, и кто знает, каков он теперь - с кровью Альбуса Дамблдора, текущей по его жилам... хотя наверное, это лучше, чем иметь Спящего мага под боком...
— Северус?..
Снейп моргнул, внезапно оказавшись посреди кабинета директора и лицом к лицу с обеспокоенным Альбусом Дамблдором.
— Да, директор? — отозвался он, стараясь казаться спокойным и собранным.
— Ты в порядке, мой мальчик? — участливо спросил тот.
Северус кивнул, в то время как Минерва рядом с ним выглядела раздражённой.
— Правда, Альбус, это твоя кровь пропала?! Теперь мы должны следить, что бы с тобой ничего не случилось, — заявила она. — Кто знает, как они ей распорядятся. Существует слишком много тёмных ритуалов, которые они могут провести, пока мы тут беседуем!
— Там крови было всего на один ритуал, Минерва, — спокойно отметил Альбус.
— О, так давайте отпразнуем это событие! — её слова просто сочились сарказмом.
— Директор, мне кажется, я знаю, какой ритуал Тёмный Лорд может выбрать... использовать, — сказал Северус, полностью проигнорировав главу Гриффиндора.
Дамблдор кивнул ему, ожидая продолжения.
Северус успокоил бешено стучавшее сердце и заставил себя сообщить всем о своём «недавнем» открытии:
— Я полагаю, что Тёмный Лорд попытается создать себе новое тело.
— Откуда такая уверенность? — спросил Альбус с поддержкой сурово молчавшей Макгонагалл.
— Сегодня вечером я ходил к Люциусу Малфою и провёл там одно исследование. И теперь, после визита на кладбище Литл-Хэнглтона, я уверен, что он намерен пойти именно этим путём.
Он не стал уточнять, что сначала побывал на кладбище, а так же сообщать, чем занимался у Малфоя.
— И что это за способ? — уточнил Альбус ровным, как стекло, голосом.
— Кость, плоть и кровь от отца, слуги и врага соответственно способна обновить...
— Оживить и воскресить, — поправил Альбус, закрыв глаза.
Северус почти не удивился тому, что Дамблдору знаком этот ритуал (в отличии от Макгонагал)…
— Вы знаете об этом, Альбус? — едва слышно спросила Минерва. — Что это за обряд?
— Кровь Врага, взятая насильно, — прошептал Альбус, а в глазах светился рассчёт.
— Да, директор, — подивердил Северус его догадку.
Минерва перевела взгляд с одного говорившего на другого, желая понять, что происходит.
— Боюсь, ты прав, Северус. Волдеморт, вероятно, выбрал этот путь и собирается вернуть себе тело. Использовав мою кровь.
— Разве мы ничего не можем сделать?! — воскликнула Минерва, не желая так легко сдаваться.
Дамблдор покачал головой, устремив взгляд на своего шпиона, сжавшего свою левую руку.
Не спрашивая разрешения, Альбус подошёл к Северусу и задрал рукав его мантии.
— О, Мерлин, — выдохнула Минерва.
Метка наливалась тьмой прямо на глазах.
О О О
— Кровь врага, насильно взятая, воскреси своего недруга, — процитировал новый вожак оборотней, недавно ставший во главе стаи, вылив весь флакон в огромный котёл, отчего кипящее зелье приобрело белый цвет.
Камалия Ренделл отступила, избегая смотреть на Петтигрю, баюкавшего в слюнявом ступоре обрубок руки.
Из котла стала медленно подниматься фигура…
Волдеморт наслаждался моментом, всей кожей ощущая касания воздушных масс.
— Оденьте меня, — приказал он.
Ардольф Лоуэлл, один из подручных Камалии, сделал шаг вперёд и накинул ему на плечи мантию.
Сделав глубокий вдох, Волдеморт посмотрел на себя и… улыбнулся.
Для Риддла его новое тело олицетворяло идеального волшебника — оно вселяло ужас в сердца врагов и благоговение в души последователей.
Он осмотрел свои руки. Бледная кожа, казалось, светилась от силы, а с пальцев его ведущей руки едва не срывались искры заклятий.
Для присутствующих его тело было великолепным и совершенно ужасающим. Несмотря на то, что он был очень худ, однако казался не хрупким, а наоборот, сильным и гибким; на самом деле, он был весьма похож на себя до падения: короткие тёмные волосы, точёные черты лица. Но было и одно существенное различие: его глаза.
Они были красными, как кровь.
Камалия Ренделл и Ардольф Лоуэлл опустились перед ним на колени, когда другие взрослые оборотни последовали их примеру. Петтигрю тоже поспешно поклонился, торжественое молчание нарушало только его неразборчивое бормотание.
— Подойди, Хвост, — подозвал он, когда Камалия передала ему свою палочку.
Петтигрю поднялся с колен, казалось бы, не обращая внимания на отсутствующую конечность, с пустыми, как у куклы, глазами.
— Дай руку, — приказал Волдеморт.
Петтигрю протянул левую руку, смело демонстрируя Знак Тьмы.
Волдеморт приложил кончик палочки к метке на коже своего слуги, посвлая сигнал своим последователям.
О О О
— Он призывает нас, — прошипел Северус.
— Неужели тебе обязательно идти? — спросила Макгонагалл.
— Обязательно. Он будет недоволен, если я проигнорирую вызов.
— Тогда иди, Северус, но возьми этот портключ, на всякий случай, — сказал Дамблдор, вручая ему небольшую металлическую печать, чтобы прикрепить её к обратой стороне часов — незаметна и близко к телу.
Северус посмотрел на предмет в своей ладони, не в первый раз поражаясь: сколько же он изменил, что Альбус стал таким осторожным (не то чтобы он жаловался). Возможно, это было из-за цепочки-портключа, которую он подарил Гарри? Всё может быть...
Прикрепив аварийный ключ к часам, Снейп благодарно, но сдержанно кивнул своему наставнику.
— Вернусь, как смогу, — заявил он, выходя за дверь, настраиваясь на стоявший перед ним задачу.